Книга Полюби меня такой, страница 65 – Маргарита Климова

Джейк

Я улетаю из страны пьяных медведей, играющих на балалайках. Раздирающая боль, всё что я сейчас чувствую. Нельзя полюбить и остаться прежним. Нельзя оставить от сердца ошмётки и продолжать что-то чувствовать кроме ненависти. Ненавижу фамилию Блейк, хоть и сам частично ей принадлежу. Ненавижу Россию, хоть и тянет туда всей душой. Ненавижу отца, столкнувшегося с Дарьей, хоть и благодарен за подаренное счастье.

Говорят, мужчины не плачут. Плачут. Когда сердце рвёт от нежности, но приходиться быть жестоким мудаком. Когда под тобой двенадцать тысяч метров пустоты, а пропасть в твоей душе исчисляется беспредельностью. Когда хоронишь свою любовь, в слабой надежде когда-нибудь воскресить.

«Уходи! Уходи и не смей появляться в моей жизни! Не смей! Пока не решишь остаться навсегда, не смей!» навязчиво стучит в моей голове, увеличивая пропасть и поток слёз.

«Я подожду тебя, немного. Смотри не опоздай Джейк», вселяет слабую надежду, заставляя помнить, что времени мало и надо торопиться. Сколько она меня подождёт? Сколько немного в её понимании? День? Неделя? Месяц? Год? Сколько времени есть у меня, чтобы вернуться? Сколько времени должно пройти, чтобы потерять её окончательно?

Лос-Анджелес встречает ночной прохладой. Никому не сообщив о прилёте, едем ко мне на квартиру, выпить и обсудить детали.

— Завтра едешь к матери, потом к Хелене, — инструктирует Ларри, потягивая из хрустального стакана виски. — Твоя задача убедить всех, что это было лёгкое, романтическое приключение в России. Молод, глуп, потянуло на экзотику. Дальше пускаешься во все тяжкие. Вечеринки, выпивка, с девочками сам решишь. И самое главное. Улыбка до ушей и блеск в глазах от счастья, что вернулся на родину.

— Что будешь делать ты? — пытаюсь поддержать разговор, хотя мне всё до пиз…

— Займусь неотложными делами в компании и прощупаю скелеты твоих родственников и их окружение, — довольно потирает руки. — В этом направлении мы ещё не работали. Даже представить такого не могли. Хотя… Там, где большие деньги, и не такое происходит. Нам повезло, что Лена оставила прощальное письмо. Повезло, что все ещё живы. Ну кроме Лены. Плохая смерть. Терпеть её не мог, но такое…

— Как поддерживаем связь? — уточняю последние штрихи. — Лучше не светиться в обществе друг друга.

— Пришлю к тебе завтра человечка. В десять вечера, в этом баре, — записывает название не очень популярного стрип-бара. — К тебе подойдёт Рона. Умная, хорошая девочка. Она будет тебя страховать и поддерживать круглосуточную связь со мной. Позаботься, чтобы Рона была с тобой всегда.

— Рона? — непонимающе смотрю на него. — И что мне делать с девчонкой?

— Она бывший спецназовец, а не девчонка, — ставит меня на место. — А самое главное, мужчинами не увлекается. Придётся играть. Все вокруг должны поверить, что тебе снесла голову очередная цыпа.

— Понял. Как я её узнаю?

— Она сама к тебе подойдёт. Предложит угостить русской водкой. И Джейк, — кладёт руку на моё плечо. — Будь осторожен. Не наломай дров. Всё сейчас зависит только от тебя.

Ларри уходит, а я остаюсь со своей болью один. Рука тянется к телефону, набирает номер любимой, но короткие гудки в пятом вызове подряд подсказывают, что я в чёрном списке. Звоню отцу. Он в отличии от Рины принимает вызов со второго звонка.