Книга Полюби меня такой, страница 25 – Маргарита Климова

Потом мы нежимся под тёплым струям воды, лаская друг друга гелем, дразня, подгоняя на следующий круг. Вытираемся полотенцем и перемещаемся в спальню. В прикосновениях обещание долгой ночи. Дрожь в ногах от очередной волны возбуждения. Его руки везде, не давая возможности опомниться.

— Ляг на спину, спустив голову на край, — командует он. — Хочу твой ротик.

Я ложусь, откидывая голову на край, выпрямляя шею для лучшего проникновения. В глазах полное одобрение моим действиям и предвкушение. Голод не ушёл. Он разгорается всё сильнее. Джейк, расставив ноги, встаёт над моим лицом, подводит розовую головку к губам и медленно ведёт по языку.

— Раздвинь ноги. Хочу видеть, как ты течёшь, пока я трахаю тебя в ротик.

Послушно сгибаю ноги в коленях, разведя сильнее, и всасываю в себя член, вызывая горловой стон. Джейк размеренными толчками продвигается в горло, задерживаясь на пару секунд и вытаскивает, оставляя головку на языке, давая вздохнуть. Движения становятся чаще, резче. Закрываю глаза, отдавая ему полную власть, подвигаю руку к своей плоти, пробегая по раздражённому бугорку. Утробный рык говорит, что ему нравится, то что он видит. Джейк ускоряется, не давая сделать полноценный вдох, а я теку ещё больше от своей уязвимости, от своей открытости. Длительная задержка в горле, напрягшиеся ягодицы и солоноватая жидкость, стекающая в горло.

— Отдохни, — притягивает, размещая меня на груди. — Продолжим позже.

Просыпаюсь от нежных поглаживаний промежности. Отдых оказался скоротечен, а дракон долгоиграющий. Прижавшись к спине, прикусывает мочку, неровно дыша и усиливая нажим на клитор.

— Только не говори, что ты ещё голоден, — интересуюсь сквозь стон.

— Я ещё не везде тебя поимел, — наглый ответ и пальцы, надавливающие между ягодиц.

— Решил сделать всё, чтобы я завтра ходить не могла? — поддаюсь бёдрами, ощущая прохладный гель, проталкиваемый в анальное отверстие пальцами. Остаётся расслабиться и быстрее закончить с этой экзекуцией. После прошлого внедрения всю ночь мучилась от дискомфорта и жжения. Но сама мысль, что мой мужчина берёт меня, как хочет, возбуждает.

Внизу живота образуется знакомая тяжесть. Появляется острая необходимость чувствовать член в себе, и уже всё равно, куда он его воткнёт, лишь бы скорее. Активнее насаживаюсь на пальцы, твердя: Джей, Джей, и скулю от проникновения члена, растягивающего меня до боли, смешанной с сумасшедшим удовольствием. Забываю, как дышать. Вся концентрация в точке пульсации, вызванной трением. Движения становятся хаотичными, глубокими. Слишком глубокими, разбивающими на части.

— Хочу умереть именно так, в тебе по самые яйца, — хрипит Джейк, ускоряясь и вбиваясь сильнее.

Я уже не стону, а кричу. Спираль другая, мощнее, идущая от позвонка, грозящая разметать по всей комнате. И я разлетаюсь, взрываюсь, теряя себя. Хочу быть с ним всю жизнь. Хочу быть только его. Хочу гореть в его руках.

— Завтра точно ходить не смогу, — стону, освобождаясь от члена.

— Сейчас я тебя вылечу, — встаёт и достаёт из тумбочки мазь. — Раздвинь ножки, малышка.

Ложусь на спину, раздвигаю ноги и жду обещанного лечения. Джейк не спеша смазывает анальное отверстие мазью, которая вызывает лёгкое жжение. Шиплю сквозь зубы, сжимая ягодицы.

— Потерпи. Сейчас полегчает, — целует внутреннюю часть бедра. — Там анестетик. Завтра ни каких неприятных ощущений. Одни приятные воспоминания.