Книга Раз, два, три, четыре, пять. Будем мы тебя..., страница 28 – Маргарита Климова

— Давай, чеши отсюда, сестрёнка, пока мы переставимся. Закажи что-нибудь пожрать, — подталкивает к выходу Яр, задерживает руку на спине чуть больше, чем требуется, шумно выдыхает и отстраняется. — Не откажусь от огромной, мясной пиццы.

Забираюсь на подоконник в кухне, заказываю доставку двух пицц, к ним салаты, соки и йогуртовые тортики на десерт. Мальчишки двигают мебель, ругаются, спорят, в шутку обзывают друг друга неприличными словами, вызывая у меня улыбку. Детский сад. Не скажешь, что им скоро по двадцать пять. Ведут себя, как подростки.

— Принимай хозяюшка работу, — доносится из спальни голос Ника, и я спешу увидеть результат.

Картина маслом. Центральное место занимает кровать, на которой лежат два красавца с обнажёнными торсами, выставив на демонстрацию рельефные кубики пресса, косые жгуты на плечах, и заманчиво лыбятся, глядя на меня.

— Прыгай, — похлопывает по матрасу Яр, освобождая по середине место. — Зацени вид с основной точки.

С невозмутимым лицом опускаясь на колени между их ногами, медленно ползу к изголовью, хотя в груди сердце исполняет канкан, а в трусиках всемирный потоп. Парни притихли и заворожённо следят за моим грациозным передвижением, а я добираюсь до места и облокачиваюсь спиной на изголовье, упирая взгляд в стену напротив.

— Красивая стена, белая, — многозначительно заявляю, кивая с умным видом.

— Стена красивая, — хрипло соглашается со мной Яр. — Телевизор на ней будет смотреться шикарно.

— Его завтра привезут, а сегодня с удовольствием просканирую стены на трещины, — несу чушь, пряча реакцию на вибрирующие нотки в голосе Яра.

— Компанию составить? — не менее хрипло спрашивает Ник. Вот, что делается с горлом, когда пьёшь холодную воду.

— Хорошо. Постелю вам на диване, — работаю ягодичными мышцами, перемещаясь вниз кровати. Нужно отползти подальше от, прущего из всех щелей, тестостерона.

— Его ещё не собирали, — отрывисто дышит Ник.

— Вот и соберёте. Времени до вечера ещё много, — безопасно добираюсь до края и подскакиваю от звонка в дверь. — Либо пицца, либо подушки.

Подрываюсь и бегу в коридор, жалея, что согласилась оставить парней у себя. С моей тягой к ним обоим, ступаю на опасную дорожку, рискуя найти на свою жопу массу приключений. Положение спасает курьер, принёсший еду. Расплачиваюсь с ним, забираю коробки и не знаю, куда идти. На кухне ещё нет мебели, диван в виде разобранного конструктора стоит в гостиной. Единственное место — спальня с огромной кроватью и слишком близкое соседство двух горячих самцов, рычащих не хуже медведей.

— Ведёшь себя, как сопливая девчонка, — бубню под нос. — Соберись, Аля. У тебя яйца круче, чем у половины мужского населения планеты, а они всего лишь часть второй половины, которая знает, куда пристроить своё хозяйство. Твоя задача не дать пристроить это добро у себя между ног.

Словесный подзатыльник помогает взять себя в руки, настроиться на правильную волну, выгнуть грудь колесом, выровнять дыхание.

— Мальчишки, еда приехала, — сгружаю коробки на середину кровати и сажусь в позу лотоса рядом. — Пахнет одуряюще.

Набрасываемся на еду, сметая всё под чистую, набивая пузо до тюленчатого состояния. Лениво перекатываемся по мягкой поверхности, которая так и манит прилечь, и закрыть глаза. Ник широко зевает, а Яр медленно моргает, забывая периодически поднимать веки.