Книга Да гори оно всё..., страница 96 – Маргарита Климова

— Ксарк, — выдыхает Тор, нежно смахивая замёрзшие капли с моего лица. — Я же обещал, что подмога успеет.

Ториан

— Я король Луделии, — верещит Громин, вжимаясь в массивную спинку трона.

В его заплывших жиром глазах плещется страх. Смотрю на него с брезгливостью. Так себя запустить. Разожрался, разжирел так, что ремень поверх расшитого серебром халата трещит от напора. Обычно сила льда перемалывает своей энергией всё лишнее, не давая телу обзавестись излишней массой, а тут… Мал дар у дядюшки, раз бока растут в ширь.

— Когда-то я тоже был им, — болезненно хрипит отец, опираясь плечом на колонну.

После ранения он выглядит осунувшимся и чрезмерно бледным. Я настаивал на том, чтобы он остался в крепости на попечение древнего лекаря, но разве можно справиться с его упрямством, когда речь идёт о человеке, лишившим всего. Отец в ультимативной форме заявил, что не будет отлёживаться в постели, пока не установится справедливость.

Седорик оказался послушнее и остался в заботливых руках Мелани, прибывшей с отрядом Ксарка и оставшейся помогать старцу с больными. В том бою мы потеряли троих, и Серж, пусть с распростёртыми объятиями встретит его Валис, среди них. Остальные с ранениями разной степени. Кто-то слегка обездвижен, кто-то ещё борется за жизнь со смертью.

— Но ты же сам передал мне власть, Рок, — хлопает своими толстыми веками Громин. — Добровольно. Навсегда.

— Я спасал жену и сына, — рявкает отец, и по колонне угрожающе трещит лёд, взмывая к высокому своду потолка и покрывая его искристой паутиной. — Да только ты умудрился добраться до Таилии.

— Не трогал я её, — скулит Громин, барахтая ногами в воздухе. — Это всё Херим. Он без разрешения. Но я его уже наказал. Казнил за самоуправство.

— Это не отменяет твоей вины, Гром, — возвращает себе самообладание отец. — Твои маги остались лежать у стен замка, армия перешла на нашу сторону, а подхалимы, сеющие с твоего позволения голод и разруху, трясутся от страха в подземелье и ждут наказание по заслугам. Больше ты не король.

— Предлагаю его сжечь, — перекидывает огненный шарик в ладонях Ксарк, скучающе наблюдая за перепалкой.

Перед правителем Пустоши я теперь в неоплатном долгу. Он прилетел в самый последний момент, когда маги Громина уже переползали на крышу. Женя у грани, Сержик на пути к Валису, отец без сознания, Сед истекает кровью. А я, истощив весь резерв, готов перерезать себе горло, лишь бы не попасть в руки Громина.

От пекла, что устроил Ксарк, почернела вся долина, а стены крепости сплавились в монолит. Воздух настолько раскалился, что солнце стыдливо спряталось за клубами дыма. К обеду подошли его люди, невозмутимо поднимая на поле столпы пепла.

С рассветом мы выдвинулись на главград Луделии, обрастая по дороге уверенной силой. К нам присоединялись противники Громина, уставшие пригибаться и молчать. Слух о моём возвращение и о военной помощи пустынников бежал впереди нас. В общем, как и говорил Сержик, народ встал на нашу сторону.

Въехав в городские вороты, мы разобрались со слишком преданными Громину стражниками, успокоили напуганных горожан и направились к стенам дворца. Дальше всё прошло по чётко выстроенному плану. Воины Ксарка рассредоточились по дворцу, зачищая каждый этаж и каждую комнату.