Книга Цвет Драконьей луны, страница 147 – Ксения Анвиль

Клэр показалось, что он сказал даже больше, чем собирался.

— А я хотела быть цветком, распускающимся вот здесь, — Клэр прикоснулась ладонью к левой стороне его широкой груди.

— Оставь цветы неженкам, — она услышала в его голосе будоражащую низкую хрипотцу.

И Дестан впился в её губы жадным, долгожданным поцелуем, стирающим все недомолвки, все сомнения, всю холодность, что установилась между ними. Он гладил её лицо, а она прижималась к нему, и дыхание отчаянно запрыгало от близости тепла, которого она так желала.

Дестан усадил Клэр на стол и провёл губами по её шее. Она запрокинула голову, открываясь этим горячим прикосновениям и вздрагивая от каждого обжигающего выдоха. Её волосы скользнули волной по спине. Оторвавшись от мягкой девичьей кожи, Дестан затушил огонь, и составил канделябр на пол.

— Здесь и так сейчас всё сгорит, — произнёс капитан и спустил верх лёгкого ночного платья Клэр до пояса.

Прохлада облизала обнажившуюся грудь Клэр. Дестан усеял россыпью поцелуев её плечи, по которым тут же пробежала лёгкая дрожь. Но это ощущение беспокоило её недолго. Они с жаром соприкоснулись телами, вжимаясь друг в друга так отчаянно, так сильно, словно это был некий рубеж, который они пересекали прямо сейчас – вместе. Это было не то же самое, что на крыше башни: это было желание, в котором сквозила жажда мужчины утвердить своё обладание женщиной. Огрубевшие пальцы под задранным подолом пробегали то нежными, то требовательными движениями по бёдрам Клэр, и она подавалась навстречу, не находя ни единой причины воспротивиться. Она и сама царапала его кожу, оставляя ногтями тонкие черточки на мускулистой спине, утверждая своё присутствие, своё право делать с ним то, что считает нужным.

— Мы так и будем игнорировать кровать? — прошептала Клэр, лукаво улыбаясь.

— Успеем, — рвано выдохнул Дестан, не скрывая своего желания.

И он крепко прижал её к себе, вынуждая обхватить свою поджарую спину ногами. Она прижалась к его губам, проглатывая стоны. О том, что нужно вернуться пораньше, Клэр и думать забыла, растворившись в покачивающихся волнах наслаждения.

Когда Клэр вернулась в свои комнаты, солнечные лучи уже терялись за плотной облачностью наступившего дня. Сон на груди Дестана был так сладок, что ведьма никак не могла прийти в себя, чтобы наконец отправиться обратно. Единственное, на что она надеялась, был распорядок дня здешних господ, не жаловавших ранние подъёмы. Она наспех стёрла мел с пола, сбросив собственное платье: повезло, что оно было светлым, и появившиеся на нём разводы были не слишком заметны. Затем она отперла дверь и выглянула. В коридорах было пусто, и она не стала торопиться звать служанку сама.

Клэр переоделась в другую ночную рубашку и забралась в постель. Волосы и без того были растрёпаны, будто она ворочалась всю ночь, так что с ними ничего изображать не пришлось.

— Леди Перьяверд, — раздался высокий женский голос за дверью, сплетаясь со стуком. — Вы проснулись?

«Едва успела», — с облегчением подумала Клэр и завернулась в одеяло, натянув его едва ли не до носа.

— Да, вхоттите, — изображать оливерневский акцент после столь недавнего пробуждения казалось пыткой.

Когда девушка вошла, Клэр потянулась на кровати и сонно потёрла глаза. Служанка отвернула занавеси от балкона, и ведьма наигранно зажмурилась от света.