Книга Цвет Драконьей луны, страница 130 – Ксения Анвиль

— Не думал, что мы можем поговорить вот так… Спокойно и откровенно. Я запомню твои слова, Клэр. И от своих не отрекаюсь. Ты всё знаешь.

— Знаю, — улыбнулась Клэр и, поднявшись с постели, подошла к сидящему Арсу и обняла его за плечи, уткнувшись носом в макушку. Она обнимала его как брата, которого у неё никогда не было, но которого она обрела волею изменчивой судьбы.

— Пойду, — замялся Арс, поднимаясь, — а то твои подруги уже, наверное, волнуются.

Тина и Марша едва не ввалились обратно в комнату, когда маг открыл дверь, и подняли на него виноватые взгляды. Подхватив обеих и вернув им равновесие, он, усмехнувшись, ушёл прочь по коридору.

— Ну что? — принялись допытываться сестры по ковену, увидев стоявшую у окна Клэр с блуждающей улыбкой на губах.

— Так… Погадаю, пожалуй, — бросила ведьма, извлекая подзапылившуюся колоду старых карт. — Мне понадобится совет.

— Гляди-ка, наши советы ей уже не годятся, — фыркнула Марша, обиженно надув губы.

Одиночество может прийти не тогда, когда остаёшься совершенно один, но тогда, когда остаёшься без кого-то определенного. Но Клэр больше не была готова примириться с ним. Пускай сомнения ещё одолевали её, она наконец поняла, что если кто-то может любить её так, как любит Арс, беззаветно и бескорыстно, просто за то, что она есть, то Клэр имеет на это право – вместе со всеми недостатками, которые она видела в себе. И если её действительно любят, не имеет никакого значения, насколько скверный у неё характер, у кого ровнее нос или тоньше талия. Она тоже заслуживает принять этот дар судьбы без необходимости за него оправдываться.

Однако поговорить с Дестаном Клэр никак не удавалось. Он словно избегал её, появляясь разве что на собраниях и тут же исчезая после, а дверь его кабинета вечно оказывалась закрыта. Клэр разбирали отчаяние и злость на себя, но что бы она сказала ему до их беседы с Арсом? Ничего, кроме пустых обвинений, что только усугубило бы ситуацию. Однажды, ища его по замку, она увидела Дестана вдалеке, верхом на Тонитруксе, и с горечью пожалела о том, что между людьми нельзя установить такую же мысленную связь, как с драконом. Вот бы можно было разом передать ему всё, о чем она думала, без этой неуклюжей оболочки в виде слов, которая постоянно всё портила. Но виноваты были не слова, приходилось признать ей, а эмоции, которые взяли верх и застили глаза.

Тем временем место коменданта вместо Грейс заняла Тина. Это произошло так легко и естественно, что ни у кого даже не возникло вопросов: лучшую кандидатуру действительно сложно было бы представить. Если Грейс была выбрана на эту должность по праву преемственности после Лилиан, то Тина демонстрировала успехи и как ведьма, и как воитель, немыслимым образом находя время даже на тренировки с оружием. О том, почему было принято такое решение, никто особенно не задумывался, а Грейс на удивление не стала спорить и провоцировать конфликт. Впрочем, ей повезло, что её сменила самая спокойная и справедливая из ведьм ковена, поскольку Марша, не будучи таковой, всё же продолжала лелеять мысль хотя бы о незначительной мести обидчице своей ближайшей подруги.

Как новый комендант и владелица одного из самых сильных драконов в цитадели Тина имела доступ на частные собрания, которые капитан проводил у себя. Ведьма видела, что он часто бывал не в духе, хотя и сохранял показное хладнокровие, и догадывалась о причинах его скрываемых терзаний. Она находила размолвку между ним и Клэр сущей глупостью, ребячеством, хотя и понимала, что это в большей степени вина её подруги, поспешившей с выводами. Но и отстранённость Дестана, избегавшего разговора с погорячившейся девушкой, почти раздражала её: она не считала, что уязвленная гордость не стоит того, чтобы разрушать отношения. И, хотя это было не в её правилах, решила вмешаться.