Книга Возвращение домой, страница 54 – Велена Князь

— Ты прошёл? — спросила она, уткнувшись ему в плечо.

— Прошёл, — ответил Лёша, поглаживая её по спине.

— Что там было?

— Ерунда всякая: офис, мой старый комп и… ты.

— Я?

— Фальшивая ты, — уточнил Лёша. — Которая сказала, что я тебе не нужен.

— Я так не думаю!

— Знаю, — Лёша нежно обнял Лилит.

Вельзевул отвернулся и сделал вид, что смотрит телевизор.

— Ладно, — сказал он, когда они отцепились друг от друга. — Благословляю.

— Правда? — спросила Лилит.

— Правда, — ответил Вельзевул. — Но если увижу, что она плачет из-за тебя… — он посмотрел на Лёшу, и в его глазах снова вспыхнуло пламя. — Лучше тебе не знать, что тогда будет.

— Я никогда её не обижу, — сказал Лёша. — Даю слово.

— И не перебивай старших.

— Простите.

Вельзевул вздохнул.

— Идите уже домой. Подальше от меня.

Лилит обняла отца. Вельзевул нехотя обнял в ответ.

— Смотри у меня, — сказал он Лёше поверх её головы.

Они вернулись в гостиницу под вечер, когда солнце уже садилось и двор был залит оранжевым светом. Лёша был бледнее обычного — даже бледнее, чем когда уезжал, — но счастливый, с глазами, которые светились изнутри. Лилит тащила его за руку, и они оба улыбались.

— Как всё прошло? — спросила я.

— Нормально, — ответил Лёша.

— Он его замучил, — сказала Лилит.

— Ничуть, — возразил Лёша.

— Да ты же испугался до смерти!

— Вовсе нет, тебе показалось.

— Ты дрожал!

— От холода!

Пухля смотрела на них с подоконника и вздыхала — то ли одобрительно, то ли осуждающе, — а Шустрик пытался стащить у Лёши блокнот, который торчал из кармана.

— Идите уже отдыхать, — сказала я. — Завтра разберётесь.

Лилит и Лёша поднялись наверх, продолжая смеяться, а я отправилась в спальню.

Стеша спала в колыбели — тихо, спокойно, с кулачками у подбородка. Пухля сидела рядом, пригревшись на краю подушки, и что-то бормотала во сне. Шустрик спал у Стеши в ногах, свернувшись клубком и обняв свой хвост.

Я легла, закрыла глаза и сразу же провалилась в сон.

Мне снова приснился старый сад.

На скамейке сидела Ефросинья и плакала, закрыв лицо руками.

— Что случилось? — спросила я, подходя ближе.

— Она вернулась, — прошептала Ефросинья. — Анфиса. Она знает про твою дочь.

— Откуда?

— У неё есть глаза. Везде.

Она подняла голову.

— Береги Стешу, — сказала она. — Она охотится за ней.

— Почему?

— Потому что Стеша — наследница.

Я хотела спросить ещё, но Ефросинья растворилась.

Сад исчез, и я стояла в пустоте.

— Береги, — повторил голос. — Береги…

В этом зале никогда не зажигался свет — он мешал думать и отнимал силы, которые хозяйка копила веками. Здесь всегда было холодно и мрачно, как в склепе, и даже самые отчаянные души, попадавшие сюда, съёживались и замолкали, боясь лишний раз вздохнуть.

Анфиса сидела на троне из чёрного камня, стены вокруг пульсировали тёмно-фиолетовым цветом, а пол был покрыт инеем.

— Докладывай, — сказала она.

Перед ней, на коленях, стоял гоблин. Старый, лысый, с лицом, исполосованным шрамами. Вместо левой руки у него был железный крюк.

— Всё идёт по плану, госпожа, — проскрежетал он, не поднимая глаз. — Портал в подвале гостиницы почти стабилен. Ещё немного, и мы сможем проходить свободно.

— Глупцы, — усмехнулась Анфиса. — Они думают, что победили. — Она провела пальцем по подлокотнику, и на камне остался светящийся след. — Что ещё?