Книга Измена. Дракон не стоит моих слёз, страница 29 – Аурика Рейн

В один из таких моментов, когда у меня уже закрывались глаза, а Даар поглощал холодный печёночный пирог, у нас и зашёл разговор о соседствующих королевствах.

— А бывают люди с даром? — осторожно спросила я, надеясь, что он не догадается о скрытом смысле этого вопроса.

— Бывают конечно. А что?

— Да просто… задумалась. В том мире, откуда я пришла, вообще нет такого понятия как нити силы. Если только физической силы, — я усмехнулась. — И даже мой голос там не имел никаких эффектов на окружающих.

— Серьёзно? — он поднял на меня удивлённый взгляд.

— Серьёзно.

— А язык? — он с интересом повернулся ко мне, чуть не забыв про свой пирог. — Ты когда сюда явилась, понимала что-нибудь?

Я рассмеялась и покачала головой:

— Ничего не понимала! Санта со мной возилась, как с маленьким ребёнком, учителей кучу наняли, они со мной круглые сутки нянчились, как с младенцем, по десять раз называя один и тот же предмет. Но мне доводилось изучать иностранные языки, поэтому дело пошло довольно бодро, и через год я уже вполне сносно могла говорить и писать.

— Любопытно, — улыбнулся Даар, но прежде чем он задал очередной вопрос, я напомнила его о своём:

— И всё же, что у вас с даром у людей? Кеннан не особенно рассказывал мне об этом. Как-то… разговор не заходил. Я знаю только о том, что их довольно мало.

— Мало, — кивнул Даар задумчиво. — Куда меньше, чем могло бы быть.

— Почему? — не унималась я.

Он прожевал кусок пирога, глядя в стену перед собой. Хозяйка таверны задремала на стуле в сторонке, а кроме неё никого в столь ранний час и не было.

— Не так давно, всего лет пятьдесят назад Намина-Рилу была единым государством, — начал он, но я тут же с интересом подалась к нему:

— Намина-Рилу? Постой-ка… это как? Намина-Ри и Намина-Лу в одном?

Даар кивнул:

— На древнем наречии Намина значит “великое королевство”, а “Рилу” — людей и драконов.

Я вскинула брови:

— Так вы разделились на королевство людей и королевство драконов?

— Впервые встречаю такую смекалистую девушку, — искренне удивился дракон и с одобрением покивал: — Да, именно так. Люди оказались не согласны с тем, что драконы взяли власть над страной и не пропускали в управление людей. Подняли бунт. Бунт перерос в длительную кровавую войну, которая разделила королевство на два. Люди отдельно, драконы — отдельно.

— Но ведь в Ри подавляющее большинство населения — это люди, — непонимающе нахмурилась я.

Даар втянул в себя воздух и, выдохнув, засунул в рот большой кусок печёночного пирога, словно взяв паузу для того, чтобы собраться с мыслями.

— Люди делятся на тех, у кого есть дар, и у кого его нет. По большому счёту столкновение в тридцатилетней войне было как раз между драконами и носителями дара, которые претендовали на те же позиции в политике. Поэтому разделение произошло именно по этому признаку. А простые люди, которые не имели притязаний на какую-то важность, по большому счёту просто остались на своих местах, там где жили их родители, и родители родителей и…

— Выходит, люди с даром были выселены на ту сторону степи?

Даар рассмеялся:

— Некоторые драконы сказали бы тебе, что это их выселили на эту сторону степи! Просто так сложилось, что людей оказалось больше там, а драконов — здесь. Со временем воцарился мир, и так мы сосуществуем по-соседству, позволяя кочевникам пробегать по степям между нами.