Книга Жизнь после эпилога. Часть 2, страница 89 – Елена Кароль

— Куда? — нахмурилась я.

— Не «куда», а «как», — поправил меня муж, привлекая к себе. — Не волнуйся, глобально ничего не изменится. Просто временно заблокирую её магию запирающей печатью наподобие той, что высечена на твоём браслете. Плюс зеркальная экранка и ещё парочка затейливых амулетов на изменение внешности и ауры. И ни одна собака не унюхает. Завтра всё закончу и вечером сам увезу её в Хайтон. Жреца я уже предупредил, он не против.

— Он нас не выдаст?

— Нас? — Дэймос иронично приподнял брови. — А мы тут при чем? Это личное желание совершеннолетней девицы. Ну а учитывая, что она светлая, то тем более.

— В смысле?

— Считается, что если человек одарен светом, то его нельзя ни к чему принуждать, — пояснил Дэймос. — И жрец лично пообещал мне позаботиться о светлой деве, которая желает найти себя в храме и служении. Он её не выдаст, не беспокойся.

— Хорошо.

Радуясь, что для моего любимого злодея нет нерешаемых проблем, я расслабилась окончательно и с чувством и изобретательностью поблагодарила его за всё, что он для меня делает. Пускай, не только для меня, но… Это я его попросила. И в глобальном смысле он делает это именно для меня.

— Вы самый лучший муж, мой лорд.

— А вы самая бессовестная… и изобретательная манипуляторша, леди Рауф, — усмехнулся он. — Но мне нравится.

А уж мне как нравится! Словами не передать!

На следующее утро, сразу за завтраком предупредив Лилиану, что сегодня последний день, как она у нас гостит, Дэймос дотошно расспросил резко взгрустнувшую кузину, сколько и чего она успела изучить, удовлетворенно покивал и предупредил:

— Собери вещи заранее и будь готова ближе к трем.

После чего попросил меня помочь и проконтролировать, поцеловал и убыл по своим делам. Я же, видя, что Лилиане откровенно не по себе, увлекла девушку в гостиную и попыталась приободрить:

— Не расстраивайся. Если хочешь, буду навещать тебя примерно раз в неделю. Чаще вряд ли получится.

— Очень хочу! — с жаром заверила меня кузина и посмотрела так, словно мы прямо сейчас расставались на всю жизнь. — Знаешь, я… мне кажется, у меня нет никого роднее тебя. С тобой так легко и уютно… И тебе совершенно ничего от меня не надо, — она грустно улыбнулась, явно вспомнив что-то своё. — Я буду скучать.

Не став заверять, что тоже, я лишь улыбнулась, ведь понимала, что ей уютно рядом со мной именно потому, что всё это время я ненавязчиво касалась её своим исцеляющим светом, стараясь делать это так, чтобы сама Лили ничего не замечала. И она действительно ничего не замечала!

Ну или не хотела замечать…

Как бы то ни было, ближе к обеду мы собрали в её саквояж все до единой новой вещи. Положила я ей и рукоделие, совершенно не жалея с ним расставаться, потому что нашла себя в кружевоплетении, а вот тетради и учебники отдавала с обещанием, что после изучения они обязательно ко мне вернутся. И Лили клятвенно заверила, что будет обращаться с ними бережно.

Обедали мы с ней вдвоём, но ближе к трем, как и обещал, в гостиную, где мы читали книгу о растениях Пограничья, стремительно вошел Дэймос и сразу стало ясно, что… Пора. Пора прощаться.

— Лилиана, подойди ко мне, — требовательно произнёс мой супруг и Лили, чуть не запутавшись в своём подоле, подскочила и практически подбежала. — Будет неприятно, терпи. Это нужно, чтобы спрятать твою магию и ауру, и изменить внешность.