Онлайн книга «Жизнь после эпилога. Часть 2»
|
Последнее прозвучало с подозрительной горечью и в прошедшем времени, давая понять, что последние события эту любовь пошатнули. Что ж… — Это всё хорошо, — кивнула я. — А теперь ответь на вопрос: что любишь ты? — Наверное… — она снова задумалась, причем осознанно, — вышивать. Крестиком. Это простая техника, но если тоненькими нитками и мелкий рисунок, то очень красиво получается. Отлично! Среди своего рукоделия, до которого руки не дошли, я как раз видела подходящие ткани, нитки, иглы и даже пяльца. Будет чем занять девушку, пока Дэймос готовит амулет! — Хорошо, идем со мной. Расскажи заодно, какие вещи любишь носить. Какого цвета и фасона? Берта съездит завтра в город, купит тебе что-нибудь на первое время. Приведя Лилиану в свою гардеробную и выгрузив ей половину ящика того рукоделия, которое меня саму не интересовало, потихоньку смогла разговорить и на примере своих платьев выяснила, что после всех тех роскошных вещей, которыми её завалил принц, она предпочитает скромные серые и бежевые платья без вырезов и с длинными рукавами. Практически монашеские. Видимо, слова родного отца о том, что она позволяет принцу много лишнего, достигли цели и засели глубоко в душе. Или… принц действительно позволял себе лишнего? Внимательно изучив Лилиану, не смогла понять это сама и решила спросить. — Лили, скажи, а… Алехандро тебя только целовал или… На меня посмотрели с ужасом. — Нет! Фух! — Извини за бестактный вопрос, — повинилась, взяв её за руку. — Просто, если бы он действительно позволил себе лишнего… — Он… — она отвела взгляд в сторону и судорожно облизнула губы, — хотел. Но его прервали. И я… — она рвано выдохнула и дернула плечом, — мама объяснила мне, что для мужчины это нормально. Хотеть… близости. Но запретила. Сказала, что если позволю, то стану порченой девкой и даже принц меня замуж не возьмет. Разочаруется. Будет пользоваться, но только как фавориткой. Как подстилкой. А в храм с правителем должна войти чистая дева. Это что-то особенное значит. Они… — она горько улыбнулась и посмотрела мне в глаза, — сказали, что раз тебя боги милостью одарили, то меня тем более одарят. Ведь я светлая. Но должна оставаться такой до свадьбы. Нетронутой. Но Алехандро, он… — она снова отвела взгляд и начала рассматривать пол, — тогда сильно разозлился, когда я пыталась разорвать помолвку. Сначала ударил, потом придушил, а потом… порвал платье. Но ему помешали. И я… — она горько усмехнулась и покачала головой, — я поняла, что это всё ложь. Всё. Он потом извинялся, говорил, что я сама его довела, но он не такой… Он просто расстроился. — Лили скривила губы и подняла на меня откровенно грустный взгляд. — Но я видела в его глазах злобу. Настоящую. Темную. На любимых так не смотрят. И я сбежала. Я дура, да? — Нет, Лили, — я покачала головой. — Ты не дура. Ты просто юная и неопытная. Не умеешь разбираться в людях и тобой воспользовались. Прости за правду. Просто… Теперь ты знаешь, что бывает и так. Добро пожаловать во взрослую жизнь. — Это больно. На это мне ответить было нечего, так что я предпочла переключиться на рукоделие и следующие несколько часов помогала Лилиане отвлечься, вместе с ней подбирая ткани, рисунок, а к нему нитки и иголки, чтобы было чем занять время. |