Книга Вратарь 3, страница 136 – Дмитрий Билик

Пали кирдцы, во главе с матершинником Джаггернаутом. Он лично пожелал отправиться в последний бой, несмотря на мои уговоры. Погибли короли корлов, все до единого. Умерли правители свободных городов Пургатора, потому что им нельзя было выжить. Белый шторм смел с лица земли всех зверолюдов, калонцев, мейринцев, ченеки, орки, пелтийцы и прочее, прочее. Лишь вдалеке рассыпанными бисеринками виднелись отряды людей, архалусов и кабиридов. Но и их счет пошел на минуты.

Мы пожертвовали собой, пожертвовали всем, и наш план сработал. Я дрожащей от волнения рукой достал Керрикон. Грам сам собой, лег в другую ладонь. Два древних и могущественных артефакта. Один открывает миры, вторым можно уничтожить любое существо в этой Вселенной. Даже больше, чем просто существо.

Яркий блеск ослепил не только меня. Вспышка света, казалось, в одно мгновение прокатилась по всей планете и вернулась обратно. Сразу, как я ударил мечом по причудливому жезлу. Я почувствовал, как руки сгорают от невообразимой мощи, что вырвалась наружу. Заметил, как разметало ближайших к червоточине тварей от взрывной волны. И услышал, впервые в своей жизни, запах первозданной пыли. Яркие нотки корицы, перемешанной с прочими пряностями.

Своими руками, которые ниже локтей теперь висели культями, я уничтожил два самых мощных артефакта не только во Вселенной. Грам разбил Керрикон, жезл сжег меч. Я лишил миры двух поистинне чудесных создания нашего Творца и вместе с тем обрубил тварям путь в свой дом.

С уничтожением Керрикона дрогнули и червоточины. Сначала они слабо завибрировали, но с каждой секундой волнение их становилось все ощутимее. А вместе с порталами обеспокоились и иномирцы. Они бросили своих жертв, хотя еще одна-две минуты и на поле боя не осталось более никаких защитников. Однако я понимал волнение особей. Они стали утрачивать связь с Ней. Матерью, прародительницей, Тварью тварей, которая ждала своего часа для вторжения, но ее планы смешали Вратарь и смертная.

И как только червоточины дрогнули и стали сужаться, особи бросились обратно. В свой умирающий мир, чтобы не прервалась связь, иначе они остались бы без нее. Потому что страшнее смерти может быть только одиночество.

Ровно так же, как они рвались сюда, наступая друг на друга, пытаясь оттеснить соседа, захлебываясь яростью, теперь они мчались обратно. Невероятный ужас охватил всех и каждого. Они не замечали ни друзей, ни врагов. И именно сейчас единое белесое море распалось на тысячи капель.

А я стоял и смотрел, как черные круги сужаются, чтобы схлопнуться окончательно. То же самое происходило и в мире лягушат. И там, где могли быть подобные проходы, которых мы не обнаружили. Вселенные, столкнувшиеся по воле Создателей, теперь вновь расходились в разные стороны.

Во мне не было ни ликования, ни превосходства. Лишь смертельная усталость и боль, точно я прошел через горнило кабиридских кузниц в недрах их вулканических гор. Понимание законченности до сих пор не посещало меня. Все было точно во сне, вот только я не мог проснуться.

Крепкая рука легла на наплечник. Я обернулся и увидел Балора в доспехах, заляпанных жирными пятнами. Кровью иномирцев. В отличие от прочих Вратарей выглядел Брат относительно неплохо. И то правда, ведь он отправился искать Арея и пропустил большую часть сражения.