Книга Временщик 3, страница 112 – Дмитрий Билик

— Игрокам с темной кармой проход запрещен, — отрезал он.

И можно было бы послать наглеца. Уверен, что даже наш пацифист-Лиций справился бы с этим недомерком. Однако у пернатого имелась пара козырей, в виде закованных в броню то ли стражников, то ли телохранителей. Вот эти ребята были явно из высшей лиги. Оно и понятно, абы кого на границе не оставят. К тому же, что-то мне подсказывало, что недалеко пасутся еще архалусы, которые подорвутся сюда в случае чего.

— Ну давайте прощаться, — улыбнулся я.

Рис, явно смущаясь, подошла ко мне и негромко сказала.

— Сереж, пожалуйста, будь… те осторожнее.

— Не бойся, — заверил ее Троуг, — со мной не пропадет. На прощание поцелуемся?

— Нос сломаю, — таким же вкрадчивым и спокойным тоном ответила девушка.

— На нет и суда нет, — развел руками корл, — пойдем, Серег.

— Мы будем здесь, — кивнул Лиций, с полуслова поняв меня.

«Таможню» мы прошли без особых проблем. То есть, никаких печатей в загранпаспорт, заполнения деклараций и прочей фигни. У нас только записали имена и спросили цель визита. Да «Глазок» подозрительно посмотрел на меня, когда я сказал: «Посещение самого красивого в Элизии храма», однако в ответ ничего не произнес.

Я зачарованно глядел на будто воздушные шпили города Миллет, что расстелился внизу, у предгорья, и не мог скрыть восторга. Теперь понял со всей ответственностью, что в рекламе про рай и Краснодарский край врали. Вот он, как есть, именно такой, какими его описывали. Посреди живописных, таких зеленых лугов, что от цвета резало глаза, раскинулся… Нет, не красавец-Пятигорск, просто волшебный, точно сотканный из кусочков зефира город… С высокими, причудливо изогнутыми белыми стенами. Открытыми башенками с рослыми архалусами на них.

— Ты клювом не сильно щелкай, это все Морок, — сказал Троуг.

— Какой еще Морок?

— Увидишь. Пернатые любят пускать пыль в глаза. Нам туда.

Я на всякий случай всмотрелся в карту. Если верить той отметке, что дал Липкий, то нужный нам камешек должен был оказаться где-то в городе. Прямой путь не прослеживался, потому что местность впереди не разведана. Однако у меня в руках находился своего рода компас, по которому можно время от времени сверяться.

— Старайся не глазеть по сторонам и ничему не удивляйся.

— Звучит так, будто мы направляемся в гей-бар.

Троуг не ответил. Вообще в Элизии он словно преобразился. Вместо обычной веселости лицо корла приобрело суровое сосредоточенное выражение. Рядом с ним даже я невольно настроился на деловой лад.

— Лиций вычитал, что Аарат Тхель — это священный сад. Посетить его могут лишь Светлейшие, отсюда и такие требование к карме.

— Это я уже и сам понял, — кивнул Троуг, — важно не как туда проникнуть, а как потом уйти. Ну ничего, мы сначала немного осмотримся.

— Ты был в Миллете?

— Нет, слишком маленький город для меня. Тут корл на виду.

Я изогнул бровь. Это вот эта громадина, к которой мы сейчас спускались, маленький город? Что же тогда большой? Хотелось бы посмотреть на столицу. Вообще Элизий разительно отличался от своего соседа Пургатора. Последний создавал впечатление забытого и никому не нужного мира. Камень, песок, редкая растительность. Элизий же поражал буйством красок. Тут даже белый цвет был какой-то другой — ослепительный, на который больно смотреть. А величественные архалусы, закованные в броню, казались небожителями, богами, спускающимися с небес.