Книга Аховмедская святыня, страница 13 – Дмитрий Билик

— Да, Ваше превосходительство.

— Ну и славно. Кабинет тебе подготовят, хотя, между нами, работа не сидячая, свою… хм… новую магию частенько придется применять. Смекаешь, о чем я, Витольд Львович? Я, с твоего позволения, на «ты», коли уж ты теперь у меня в подчинении.

Меркулов кивнул, отвечая на вопрос и одновременно соглашаясь с новыми правилами игры. Ему хотелось сорваться с места и бегом пуститься на улицу, радостно крича и обнимая прохожих. Наказание, которого он так боялся, обернулось карьерным взлетом. И пусть прочие дворяне гнушались работы в полицмейстерстве (оставалось загадкой, по какой причине сюда прибился Михаил Николаевич, поверженный на дуэли), Витольд Львович подобному обстоятельству исключительно обрадовался. Служить Государю Императору, развеять дурную славу о фамилии, делать Моршан и всю Славию чище, расправляясь с преступниками. Что может быть лучше?

— Ваше превосходительство, а что с Михом?

— С кем? — искренне удивился Муханов.

— Михайло Бурдюков, орчук.

— А… — брови обер-полицмейстера сдвинулись. — По-хорошему, надо б его в острог, чтобы не болтал чего лишнего, так не за что. Вышлю, думаю, из Моршана. Да, вышлю, — кивнул он сам себе.

— Ваше превосходительство, столько хлопот будет. И ему, и вам.

— Не понимаю, куда клонишь, Витольд Львович, но ты ежели чего предложить хочешь, то предлагай. Я к инициативам всяким отношусь с интересом. Порой бывает, действительно что дельное предлагают.

— Ваше превосходительство, вы поправьте меня, если ошибаюсь. Но титулярному советнику по должности требуется подчиненный. Для разных нужд.

— Ну, за этим не беспокойся, письмоводителя я тебе выделю.

— Так и не нужно. Мих грамоте обучен, писать умеет. Слишком много беспокойства будет, если его отсылать. А так — и при деле, и под присмотром.

— Орчук в полицмейстерстве? — изумился Муханов. Поднял голову на портрет Государя Императора, а потом громко расхохотался. — А ведь это будет презабавно. Орчук и сын ссыльного. Уж прости, Витольд Львович, но весьма презабавно. Будь по-твоему. Станет Мих ярыжкой при тебе, точнее уж, коллежским регистратором, — новая идея поистине веселила обер-полицмейстера. — Как его там?

— Михайло Бурдюков.

Муханов заскрипел пером, что-то себе записывая.

— Ну а теперь надобно о делах поговорить. Есть одно щекотливое поручение. Не сказать чтобы государственной важности, но и так его оставлять нельзя. Слушай, Витольд Львович. Ты, верно, знаешь, что аховмедцы с дрежинцами, а через них и с нами, объявили перемирие. Делегации прибыли с первыми лицами… Ну и такой карамболь произошел: по пьяной лавочке одного из аховмедцев зарезали. Хорошо хоть прислужника какого-то, а не принца, но и то легче не становится. Надобно разобраться со всем, очень как бы это…

— Тактично, — подсказал Меркулов.

— Вот именно, Витольд Львович, тактично. Я уж сомневаюсь, что там что-то серьезное. Поди, мужик какой дворовый увидел козлоногого и прирезал. Но ты разберись. И магии не гнушайся, пользуйся. Твоего предшественника она часто выручала. Самому этим заниматься несподручно, да и некогда — тут вишь что… — Он сложил газету и хлопнул ладонью по главной странице.

— А где расположилась аховмедская делегация? — Меркулов тщетно пытался разглядеть первую полосу вверх ногами.