Книга Имперский сыщик. Дело о тайном культе, страница 133 – Дмитрий Билик

Его превосходительство точно подслушал мысли Миха:

— Дело деликатное. До сих пор в то не могу поверить. Но если подтвердится… В общем, сами понимаете. Обойдемся своими силами. Право, я надеюсь, что поклеп то, наговаривают на Витольда Львовича.

— Он и раньше мне не нравился, — отозвался Константин Никифорович, — тут и думать нечего…

Видимо, его превосходительство дал помощнику какой-то знак: полицмейстер осекся и замолчал. Процессия поднялась на площадку, встала у противоположной двери, а у Миха зашлось от страха сердце. Меркулов тоже утратил хладнокровие. Как ни храбрился, а сжал кресло пальцами. Раздался громкий стук, а сразу после — скрип отворяемой двери: ее Витольд Львович не запер нарочно.

Господа полицейские зашли внутрь. Помимо того, что сами были с фонарями (это Мих понял по отблескам с лестницы), так еще запалили керосинку для большего света. Началась непонятная возня, шум передвигаемой мебели, ходьба.

Тут уже и титулярный советник встал, подошел к двери, кивнул Миху, взял в руки револьвер. Не сообщи он заранее о своем намерении, орчук бы сейчас кинулся господину в ноги, стал бы просить не губить себя и его. Теперь лишь судорожно вздохнул и кивнул. Меркулов открыл дверь и бесшумно выскользнул на площадку. Мих — за ним. Шаг, два, три, четыре…

— Добрый вечер, господа.

Голос титулярного советника был негромок, но произвел должное впечатление. Все застыли в разных позах: Николай Соломонович — отодвигая свернутый топчан, Константин Никифорович — копошась в личных вещах, Александр Александрович — стоя за спинами полицмейстеров и наблюдая за всем. Прошло мгновение — и в проеме хозяйской спальни показался третий полицмейстер, румяный Петр Андреевич, смущенно держа в руках смятую постель.

— Прошу вас не кричать, а послушать внимательно. В револьвере пять патронов, а вас всего четверо. Реакция у меня сами знаете какая, так что рисковать не советую. Если закончим разговор хорошо, то все уйдут отсюда своими ногами.

— Брешешь, черт, — негромко прорычал Константин Никифорович. — Аховмедец от тебя тоже своими ногами ушел?

— Давайте не будем препираться. — Титулярный советник перевел револьвер на первого полицмейстера. — Времени не так много, поэтому надо разобраться во всем как можно скорее.

— А ведь я тебе поверил, — чуть не застонал Николай Соломонович.

— Ну, будет посыпать голову пеплом. Давайте уже говорить конструктивно. Петр Андреевич, возможно, мой вопрос покажется вам нелепым, но все же ответьте. Вы правда недавно выиграли в карты большую сумму?

— Да, правда.

— Я слышал, вы тогда играли среди коллег. Не скажете, кто еще там был?

— Ну кто… Я, Константин Никифорович, его превосходительство Александр Александрович, Серафим Лукич из разыскного, несколько чинов из жандармского. А собственно…

— И дайте угадаю… Александр Александрович крупно проигрался?

— Не так уж и крупно. Впрочем, к чему вы ведете?

— А вы, Николай Соломонович, — не удостоив Петра Андреевича ответом, Меркулов обратился к другому полицмейстеру, — месяца четыре назад были на приеме у его императорского высочества. Один?

— Один, — пробурчал «гусар».

— Александр Александрович же занемог в тот день.

— Занемог, — подтвердил Николай Соломонович.

— Куда ты клонишь? — Брови обер-полицмейстера сурово взметнулись. Он даже сделал шаг вперед, но тут же замер, уставившись на направленный в его сторону револьвер.