Книга Имперский сыщик. Дело о тайном культе, страница 123 – Дмитрий Билик

— Пашенька…

Из вагона выскочила темноволосая женщина в платке. Ее лицо почти утратило последний блеск былой ослепительной красоты. Множественные роды и прошедшие годы сделали свое гнусное дело, но все же Мих не мог отвести от нее взора. Скажи ему, как он представляет обычную славийскую женщину, орчук описал бы ее, как видит. И от этого внезапного сходства внутреннего образа с существующей, живой женщиной потомок кочевников вдруг застыл на месте.

— Ну, будет, будет, — смущенно утешал прильнувшую к нему жену Аристов. — Меркулов — голова, все образуется. Ему меньше всего хочется по стопам отца идти, опять на восток ссыльным ехать.

Орчук понял, что за этой напускной грубостью Павел Мстиславович старается скрыть нерешительность, и от этого стало еще более неловко. Мих чувствовал себя здесь лишним, внезапным свидетелем чужого задушевного разговора, коего никто не должен был слышать. Оттого и Аристов все больше хмурился, не в силах подобрать те слова, которые хотел сказать.

— Дети, вещи заносите! Лидия! — Рыжий дворянин ласково погладил по голове жену и еще раз обнял. — Заходите!

Павел Мстиславович отшатнулся, даже сделал пару шагов. Неуверенно махнул и, отвернувшись, зашагал в сторону выхода. Меркулов с Михом, не сговариваясь, поклонились его жене, хоть в спешке и не были ей представлены, и двинулись за Аристовым. Орчук мысленно согласился с дворянином: долгие проводы — лишние слезы. А ведь сперва даже несколько удивился поведению Павла Мстиславовича, про себя посчитав его суровым главой семейства, а никак не смущенным любящим мужем.

— А если ваши догадки неверны? — спросил Аристов прежним, слегка развязным тоном, к которому Мих уже привык.

— По поводу?

— По поводу Черного. Вдруг он окажется не тем, кем вы думаете?

— Признаться, у меня до сих пор есть некоторые сомнения по поводу. Но и козырь в рукаве у нас имеется.

— Ага, моя магия, — фыркнул Аристов. — Только не у «нас», а у меня.

— Но вы же с нами.

— Только из-за сына. Если все выйдет именно так, как вы говорите, то обвинения не просто будут сняты — предъявлять их станет некому.

— А как же ваши слова, что я могу обращаться к вам по любому поводу?

Наступившая за этим тишина, а следом грянувший хохот обоих аристократов заставили Миха вздрогнуть. Он так и не понял, что тут было веселого, но отсмеялись они (сам Меркулов, что вечно ходил мрачнее тучи и редко когда улыбался, заливался как мальчишка), только когда вышли из вокзала.

— Нахватались вы, Витольд Львович. Страшно подумать, что с вами через год в Моршане будет. Такой станете акулой…

— Пережить бы сегодняшнюю ночь, — тихо ответил Меркулов.

— Ваша правда. Ну, до скорого!

Они попрощались крепким рукопожатием. Так обычно ручкаются два конторщика, которые провели вместе на службе лет двадцать. В полной уверенности, что завтра встретятся вновь. Аристов шагнул под дождь, и от него тут же пошел пар, точно он выскочил из горячей бани на крепкий морозец. Затем решительно двинулся в сторону стоявших извозчиков.

Меркулов поначалу последовал за ним, но завидел знакомого ваньку и махнул ему рукой. Извозчик, накрепко запомнивший денежных пассажиров, подкатил прямо к крыльцу.

— Садитесь, ваше благородие. Садитесь быстрее, не ровен час, застудитесь.

— Куда теперь? — вместо извозчика спросил Мих.