Книга Рубежник, страница 89 – Дмитрий Билик

— Вон туда! — указал бес на небольшой трухлявый пенек.

Я положил лепешку, которая заменяла хлеб. Посыпал на пенек рядом земли, как учил Григорий. Бес стоял в роли сурового экзаменатора, присматривающего за неуспевающим двоечником. Разве что изредка кивал.

Обычно лешему приносили много чего. Григорий рассказывал, что очень нечисть эта любит сладкое. Тот же крендель, посыпанный сахаром, или булку ярмарочную. Но то несут, когда у тебя к лешему прямой вопрос или просьба. Мы же здесь мимоходом и попросту выказали дань уважения, не более. Да и не нужно сладким особого внимания привлекать. Только хуже будет.

— Дедушко, прими скромный дар от рубежника. Без злого умысла или корысти в твои леса вхожу.

Верхушки деревьев зашумели, да почти сразу успокоились. Никто не появился, лепешка не исчезла, а земля вокруг пня на разметалась. Чуда не произошло. Может, это даже к лучшему?

Григорий опять удовлетворенно кивнул, видимо, именно на такой исход и рассчитывал. А затем разрешил мне идти. Вроде как все под контролем.

Я подхватил пакеты и зашагал за бесом. Лишь спустя минут пять понял, вернее ощутил нечто странное. А именно — ручки не резали ладони. И вообще не сказать, чтобы мне было тяжело, хотя передачек для чертей набрал изрядно. Значит, хист помогает.

Поначалу Григорий вел себя нормально. Но постепенно стали проявляться все те странности, которых опасался бес. То он вдруг ни с того ни с сего зачешется с такой яростью, будто у него блохи. Или вши. Не силен я в паразитах, которые обитают на нечисти. Порой начинал рычать совсем как собака. Протяжно, зло, точно ощущая что-то.

Чтобы хоть как-то отвлечь беса, я решил с ним заговорить.

— Я думал, что леший к нам выйдет.

— Много чести к каждому рубежнику выходить, — зло ответил Григорий. — Тем паче ты подношение дал, да дальше пошел. Вопросом не озадачил. Да и не понравилось бы тебе, выйди леший.

— Почему же?

Григорий в очередной раз недовольно тряхнул головой.

— Непростая это нечисть. Даже мы ее побаиваемся. В своих владениях сильны они. Да и никогда не угадаешь, какой у него характер: злобливый, насмешливый, веселый. Какое настроение сегодня у лешего.

Солнце стремительно шло к горизонту. И если раньше лес разрезали на части лучи, то теперь постепенно подкрадывалась тьма. Нет, бес говорил, что приходить к чертям лучше вечером, но найдем ли мы их в ночи?

Григорий уж окончательно потерял связь с реальностью. Он опустился на четвереньки, водил носом вокруг и что-то бормотал. Поэтому я схватил беса за шкирку и поднял в воздух. Тот сучил ногами, сжимал кулаки, но особо не сопротивлялся.

— Куда идти? — спросил я напоследок.

— Туда, смотри меж двух деревьев поломанных. Чую, паскудников, чую мерзопакостников!

Я поднес беса к портсигару и того втянуло внутрь. Словно в артефакт оказался встроен мощный пылесос.

И зашагал по заданному направлению. Портсигар немного попотряхивало, после чего Григорий успокоился. Я меж тем выбрался на небольшую полянку вокруг заболоченной местности. Вокруг, конечно, еще было не болото, но воды вдоволь. Резиновые сапоги — это хорошо и предусмотрительно, но как бы не оказалось, что надо было захватить охотничьи, которые до бедер.

Однако больше всего меня ошарашила не природа, а лежащая на полянке девушка. Даже не знаю, как она могла здесь оказаться, да еще в таком наряде.