Онлайн книга «Руны на броне»
|
В обед меня вызвали в ректорат. При Григории Васильевиче я рассказал об утреннем происшествии знакомому уже оперу Дмитрию Быстрову. Хоть в деле и фигурирует боярин, нападение думы не касается и расследует его полиция. А Дима как раз занимается важными делами. Взял он с меня показания под роспись, сказал, что они не противоречат словам Авдея и Мухаммеда. Горько попенял, что врагов для допроса нет даже раненых. Пообещал ещё заехать с фото злодеев, когда будут готовы, и ушёл. Авдей и Мухаммед ждали меня в приёмной. Их всё время до обеда мурыжила полиция. Так они хотят мне сказать, чтоб я хотя бы месяц посидел в Корпусе просто ради безопасности. Тут за меня отвечает ректор и сам Князь Москвы. А они пока заменят автомашины. Кроме побитой пулями, мне точно следует заменить вторую «Волгу» на бронированную. Ещё нужно искать нового водителя, а лучше двух или трех, чтоб с запасом и Надей не рисковать лишний раз. А Кате они всё объяснят. Я с доводами согласился, мужиков отпустил, а сам пошёл доедать обед и учиться далее. Ничего, вроде, особенного, почти всё, как всегда. Ну, стали преподаватели строже, даже англичанка. Плацем первый месяц не наказывали, но я всё равно мог отвести близнецам только час. Второй час переписывал в свежие тетради самостоятельную работу из прострелянных и заляпанных кровью. Этим по идее можно заняться и после ужина, но ведь задавать стали больше и труднее. Учёба только на первый взгляд без изменений. На физкультуре задачки стали обязательными, теперь, если не решишь за время спарринга или прохождения полосы, ставят «не зачёт». И задачки не просто на счёт, с обязательным подвохом. Даже не в том дело, что программа постоянно усложняется. Так и должно быть, кадеты ведь тоже растут, крепнут. Соль в том, что меняется отношение к предметам. Раньше мне хватало отличных оценок и немножко предполагать, к чему всё движется. Теперь же… Вот прошли две недели, и Степан Андреевич сказал, что пока с него хватит. Он передал мне основы и дальше начнёт готовить меня против себя. Не то, что он «против» того, чтобы я его превзошёл, но этичнее мне развиваться самому. А с понедельника вместо политинформации меня в классе истории ждёт Пётр Васильевич. До индивидуальных занятий я честно не понимал, отчего целый капитан, боевой офицер читает этот мирный предмет. Да если увидите его в гражданском костюме, ни за что не подумаете, что этот высокий человек с военной выправкой — сажень в плечах, грудь колесом, проницательные серые глаза — преподаёт кадетам историю. Начал он разговор с природы. Спросил, что мне представляется. Я ответил, что лес. И он про лес начал читать стихи, былины и прочие тексты. Мы шли по воображаемому древнему лесу на охоту, или сбежали из села от степняков. Потом на болоте добывали «тяжёлый песок», или пришли в лес с топорами за деревом. А вот мы просто туристы, идём по маршруту. Но пришла война, и мы вышли тропой разведчика… Но ведь это один и тот же лес! Часто буквально — деревья живут очень долго. А как меняется к нему отношение. Причём, мы его не формируем, а словно подгружаем откуда-то. Вот всем, что содержится в этом «нечто» и как им управлять, занимался Пётр Васильевич. Он честно предупреждает: — Это знание может погубить и тебя. Тут главное себе не врать. Отношение к происходящему бывает очень разным, и можно себя убедить, что вот это и есть твоя победа. Только полная честность с собой позволит понять свои цели, выявить ещё только потенциального врага и внушить ему нужные образы. В идеале он сам поверит, что уже тебя победил. |