Книга Лох с планеты Земля, страница 38 – Евгений Синтезов, Виктор Стогнев

* * *

Снова неожиданная встреча! Да уж, тесен мир в летающей тарелке. Ко мне шли две пары ладных русоволосых близнецов, два парня-близнеца и девушки-близняшки. Я вспомнил, что уже видел их в столовке.

— «Клоны», — само собой мелькнуло в голове.

— Сам ты, Сёма, клон, — ответил кто-то из парней, не переставая улыбаться. — Поосторожней с мыслями, дружище.

Упс! Они тоже понимают мои мысли, етит их общий разум!

Все четверо весело рассмеялись.

Одна из девушек сказала мысленно. — Это не мы. Искин, искусственный интеллект Буханки.

— А вслух, по-русски не? — буркнул я смущённо.

Снова смех. — Не, Сёма, по-русски найн, мы же нерусские, немцы. Искин и переводит заодно.

Ладно, подумаешь! Ну, близнецы, ну, немцы — Фара так вообще не с Земли, и ничего такого!

— Да, братишка, ничего особенного, — снова подхватил мои мысли кто-то из парней. — А ты чего здесь топчешься?

— Ну, я от Дока, в смысле после тренировки.

Парни мне сочувственно заулыбались:

— Знакомо.

— Ты везучий, пока валялся в капсуле, Буханка перешла в гиперпространство. Малоприятные мгновенья.

Я тоже улыбнулся. — Угу, спасибо Вою.

— Ты оклемался? Тогда пойдём в столовку…

— Опять? — ну, это уже точно не смешно.

— Да просто поедим, познакомимся, — без иронии успокоила меня одна из близняшек. — Нам это нужно, ведь мы тоже истребители.

Вот уж не знаю, насколько точно переводит искин, но запросто прозвучавшие в голове слова «тоже истребители» здорово подняли мне самооценку и самочувствие.

В столовой мы расположились за откидными столиками у одной переборки, я посередине, ребята парами справа и слева. Сначала было немного неловко вертеть головой, но Дирк посоветовал запросить у искина чат — поверх картинки поплыли сообщения. Очень удобно, отпала надобность в представлениях, познакомились сами собой, и фигушки я без подсказок смог бы их различить.

Они без ненужных уговоров и предисловий рассказали о себе. Немецкая золотая молодёжь, дружат с детства семьями. Вместе учились в универе и катались на лыжах всё свободное время, а было у них его, хоть отбавляй.

Лыжные курорты их не интересовали, поскольку в полной готовности к сумасбродствам юных экстремалов всегда находились пара вертолётов и пара самолётов, одни родителей парней, другие девушек. «На лыжах» они катались в общем смысле, предпочитают сноуборды.

Им нравились «дикие» склоны, высаживались на них прямо с вертушки или с самолёта сначала на «крылышках», такие парашюты. Богатенькие детки — ради одного спуска оставляли в Альпах по недешёвому крылу.

Родители ворчали, но считали, что в горах детям не угрожают хотя бы наркотики и СПИД. Всё ждали, что подрастут, остепенятся. Как и должно было случиться, однажды докатались — попали в лавину. Их нашли, почти спасли…

Через полгода родители подписали согласие на отключение аппаратуры поддержания жизни. Они это знают не со слов инопланетян, оказывается, люди и в коме ничего не забывают. В гильдии им просто помогли припомнить, даже сводили в колумбарий взглянуть на урны с собственным прахом.

— О да! Это было забавно и поучительно! — они печально покивали.

Впрочем, всё сложилось для них удачно, ведь только на боевые роли в гильдии подбирают людей с такими церемониями, индивидуально — очень важен нужный психотип. Просто колонистов и техперсонал гребут по случаю, не церемонясь, и сбывают партиями, а пилотов только на заказ.