Онлайн книга «Лох с планеты Земля»
|
Всё, казалось бы, с ним ясно, но в тоже время Дим неплохо успевал по всем предметам, успешно участвовал сначала в школьных, а потом и в городских соревнованиях, и с каждым годом всё больше нравился девочкам. Вой оказался парадоксальней на порядок. За не напускной простотой совсем не скрываются, но и не выпячивают себя, безжалостная логика, беспощадный юмор, он сам словно воплощение беспощадности. Но в каждом его взгляде, жесте, интонации чувствуется, что я интересен Вою не с точки зрения формальной логики — он всё обо мне уяснил едва ли ни с первого мгновенья — я интересен ему по-человечески. Ему небезразличны мои эмоции, мотивы. А тут по морде сразу, прям с ноги! Сработали рефлексы, всё сразу упростилось — бьют, так дерись! Через полминуты боя я понял, что всё по-прежнему непросто. Он со мной играл, испытывал. И в тоже время пытался донести некую идею, из тех, что не выскажешь, их убивает глупый пафос. Вернее, понял это я потом, обдумывая бой в капсуле регенерации, тогда лишь ощутил, насторожился. Сделал вид, что принял правила игры, и ждал подвоха от него. Дождался, сделал вид, будто купился на провокацию и попытался-таки его достать. Не вышло, разница в классе оказалась колоссальной. Но я всё равно считал себя победителем — он не понял, что повёлся я притворно, что я способен на подобные финты, и как-нибудь он точно прощёлкает! Тогда ж мне оставалось только дожидаться, когда он сам решит закончить спарринг. По сути, очередной финт — демонстрация упрямства, ярости. Тоже обман, ведь я добрый в душе. Снова удачно, ему это просто надоело. А об идеях, о которых не расскажешь, я знал со школы. Вот перескажи я кому-нибудь свои мысли о драке с Воем, сочтут, что выдумываю, рисуюсь. Для большинства людей любая драка это только страх и боль, но это лишь самые сильные ощущения, и когда они немного притупляются, проявляются иные чувства. Азарт, интерес — игра, спор, диалог. Так с Димкой в старших классах мы дрались просто из любви к этому занятию, нам редко встречались достойные оппоненты. В драке с ним мне не хватало горечи и перца — боли и страха, ведь мы друг друга точно не думали калечить, и оба это знали. С Воем это можно лишь предполагать с большей или меньшей уверенностью, в смысле его намерений, конечно. То, что он легко может изуродовать, вопросов не вызывало, особенно после посещения мед-отсека — Док оказался способен соскоблить меня с палубы и полностью восстановить за пару-тройку часов в капсуле ускоренной регенерации. Другое дело, что назвать это приятным язык не повернётся, даже если не откусишь его в процессе. Почему мне подумалось о языке? Вытащил меня Док из капсулы, как новенького, велел одеваться и возвращаться к обязанностям по судовой роли. Мол, трудоспособен без ограничений. Я замялся, вдруг он мне ещё что-то скажет? Должна же была капсула сделать какие-то анализы, ну, я не знаю, тесты! Док успел усесться за стол, занялся какой-то писаниной. Обалдеть — шариковой ручкой в бумажном журнале! На инопланетном космическом корабле! Я замешкался, он ко мне обернулся. — Ещё что-нибудь беспокоит? — Э… нет, наверное… — Славно. — Он улыбнулся. — Захочешь уточнить, так не стесняйся, приходи. Потом. А сейчас проваливай, мне некогда. — Ага, конечно, Док, спасибо, — я и не понял, как очутился в коридоре. |