Книга 95-й. Сны о будущем прошлом, страница 91 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

А то знаю я, начнётся сейчас: «О чём ты думаешь?» да «А как же Э-э-эля?»… Эля-фланеля, блин.

Нормально Эля. Выберут ей другого курсанта, и будет счастлива. А этот — мой. И прессовать его лишний раз нечего.

Не знаю, что уж отразилось у меня в лице, но Вовка положил справку на полку и согласился:

— В принципе, да. Третьего и заедем.

И помчал. А я осталась дома. У меня на сегодня тоже идея фикс есть. Юбку хочу в испанском стиле. Чёрную шёлковую ткань со здоровенными алыми розами я уже приготовила. Теперь надо всё это шедеврально изрезать и по-новому составить, чтоб сверху облегало, а снизу два ряда пышных воланов, и один край чтоб до пола, а другой чуть ниже колена. Такое испанское секси. Круть должна получиться. Ну всё, я пошла шить.

ПОНЕДЕЛЬНИК, ДЕНЬ ОТЛИЧНЫЙ

24 июля 1995, понедельник.

Надо, надо всё-таки завести ежедневник, а то со всеми этими делами мозги на раскоряку. За вчера Вовка, конечно, эфес доделать не успел. Не знаю, есть там у него кто помощник-энтузиаст, или он один мастерится… Одним словом, снова понёсся с утра. А я пошла в садик, с методисткой Альбиной Константиновной договариваться. Вполне, как я и ожидала, успешно.

Да и дети в группе оказались знакомыми. Я так-то к маме частенько в сад заходила и даже на каникулах подрабатывала иногда.

Сразу после завтрака посадила всех оптом на занятие, раздала листы. Отрисовали первый образец, второй и до кучи на свободную тему. А потом за пару часов успела всех тестом на темперамент прогнать. Ну, теперь у меня, что называется, все козыри в руках!

К двенадцати примчалась домой — а там уже Василич у подъезда стоит.

— А я тебя потерял!

— А я вот она! По учёбе надо было сбегать, думала раньше управлюсь.

— Ясно. Ну, поехали?

— Ага. Только сперва в типографию заскочим?

Мы забрали листовки и покрутились по всяким учреждениям в том районе (раз уж рядом всё равно), потом заехали к папе, они вместе затащили эту стойку. Нет, она не тяжёлая была, но больно уж по узкой лестнице в одного неудобно. Поставили внутри прилавка, чтобы видно было, а выдернуть и убежать на раз не получилось. Воришек-то вокруг просто тучи ходили. Помню, у отца раз грязный дверной коврик спёрли от двери магазина. Охранник торговой площади увидел, остановил. Припёр этот коврик обратно — вот мы удивлялись…

Я попросила Василича подождать меня десять минут.

В магазине всё было по-другому. Зал уменьшился, появилась большая подсобка, внутри которой, судя по звукам, монтировались полки. Центр освободился для обуви.

— Ольгуня, — выплыла из-за прилавка Алла Алексеевна, — А как, ты говоришь, изолировать предметы? Смотри, мы тут пару стеклянных витрин с «Труда» привезли.

Витрины были сборные такие, кубиками. Очень они тогда повсеместно распространились. Квадратные прочные стёкла со стороной сантиметров по пятьдесят и крепёж для них по углам, собирались как конструктор. Наверное, и сейчас они в ходу, я просто внимания не обращала.

— Ух ты! Чур, три ячейки мне. Вот, смотрите, — я вытащила из сумочки твёрдую папку. В ней, чтоб не помялись, лежали три полоски бумаги (из одного листа А4, на самом деле, распечатанного, раскрашенного, а потом разрезанного вручную); на полосках было написано: «ХИТ ПРОДАЖ», «ЭКСКЛЮЗИВ» и «НОВИНКА», — Можно приклеить на стекло ячейки или сразу на предмет. Можно на предмет сделать типа ярлычков, но у меня принтер картон не возьмёт, наверное. Например, вот так уголком приклеим, — я примерила на стекло, — только изнутри, а то быстро обтреплется всё. А сюда сумку, например. Есть что-нибудь?