Книга Дороги, которые..., страница 130 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Он внезапно остановился как вкопанный и хлопнул рукой по лбу. Твою ж мать! Это надо так отупеть! Не иначе, как из-за свистопляски этой… Серый Камень! Женщина-птица, при этом белая, которая живёт в серой скале! Скала — кусок камня, так? Серая скала — серый камень! Серый Камень же! И женщина-птица белого цвета — не иначе как баронесса Белого Ворона! Не вполне понятно, почему она при этом ещё и ящерица, зачем огонь и что за золотое дерево… Ничего, по ходу дела прояснится.

ЧЕРЕЗ МЕЖДУРЕЧЬЕ

Денисовский отряд

В днище парома плескали тёмно-синие волны, подсвеченные на гребешках закатным солнцем. Скрипел какой-то невидимый механизм. Коля, неизвестно как уговоривший упряжки, а потом и три десятка заводных лошадей спокойно зайти на зыбкую палубу, продолжал им что-то рассказывать, и животи́ны, ко всеобщему удивлению, продолжали стоять смирно, время от времени помахивая хвостами. Гриша разрешил детям выйти из фургона, и они рядком прижались к сетчатому борту, восхищённо проникаясь величием такой (по их понятию) огромной, широкой и глубокой реки.

Причал на противоположной стороне оказался каменным, выходящим на обширную, вымощенную булыжником площадь. Паромщики высадили их, взяли несколько человек в обратную сторону и тотчас же отправились за второй партией. Сок отправил назад и Колю, справедливо решив, что лучше заплатить за его проезд туда-сюда, чем воевать на пароме с лошадьми. Всем же известно, что лошадь — животная нервная, и если хоть одна начнёт паниковать, успокаивать их — себе дороже.

Марина с любопытством оглядывалась вокруг. Берег по обе стороны причала обрывисто вздымался вверх, делая подъём совершенно неудобным. Выход с площади предполагался через четверо ворот (двое больших, для повозок, и двое малых, для пеших и всадников), трое из которых были сейчас закрыты по причине скудного потока входящих. Всё остальное пространство было перекрыто серьёзной, в два человеческих роста, стеной. Если к высоте стен прибавить крутые откосы, получалось довольно внушительно. Над арками больших ворот высились два золочёных крылатых льва.

Скучающий начальник охраны подошёл к их группе. Маринка слегка испугалась здоровенного, обряженного в кольчугу и блестящий шлем мужика (тем более что на поясе у него висели здоровенные кривые ножны), и спряталась за Сока.

— Добрый день, уважаемые! Вас приветствует стража юго-западных ворот Междуречья. Капитан Салахов, — мужик приложил руку к сердцу и слегка поклонился, внимательно оглядывая группу.

Три сестры мило улыбались. Гриша отвёл детей чуть в сторону, и теперь вполне мог бы сойти за гида-переводчика. Дети следили за его руками, как заворожённые, одновременно поворачивая свои головки. Дюжина наёмников, не обнаружив особых опасностей (честно говоря, кроме их группы в данный момент на площади не было вообще никого) занимались в основном лошадьми: поправляли упряжь, проверяли поклажу, что-то подтягивали…

Сок, не дожидаясь расспросов, шагнул вперёд и протянул руку.

— Сокол, командир отряда наёмников. Мы сопровождаем группу путешествующих гражданских из города Жемчужный Приморского Княжества в баронство Белый Ворон.

Охранник руку пожал и понимающе покивал:

— Проездом, значит?

— Да, надеемся дня за три добраться до цели.