Онлайн книга «Идем на Восток»
|
На берегу осталась потерянная толпа степных рабов, сбившихся кучками вокруг редких костров. Здесь тоже был интернационал ещё тот: казахи, киргизы, туркмены, афганцы, уйгуры и прочие азиатские народы. Вспомнилось вдруг: русский с китайцем — братья навек. Здесь, скорее, сёстры — по большей части это были рабыни-служанки, захваченные в набегах на чужие племена или по дешёвке купленные у работорговцев. Я попыталась себе представить: что будет, если дать им вольную и предложить поселиться в одном посёлке с бывшими хозяевами? По ходу дела, будет не очень. К бабке не ходи: подомнут их под себя, будут отправлять на самые грязные и тяжёлые работы. Чёт такой вариант мне не очень нравился. Блин. Так. Лето же. Общежитие интернатское у нас почти пустое стоит. Значит — что? — Глирдан! — Да, госпожа? — Этим нерусям объясни, что их сопроводят в замок, вместе с остатками имущества. Провожатым скажи: я велела расселить их в интернате пока, отмыть, переодеть. День на обустройство, баню, швейное и прочее. И целители их пусть посмотрят, кто в замке есть. С вечера распределить на простые работы по хозяйству. Петя вернётся — будет конкретнее решать: кого куда. Пока по-русски не заговорят — даже речи о свободе быть не может. Да и потом… сперва смотреть будем. — Понял! — Всё езжай. Муж о чём-то разговаривал с Лелинским старостой, приехавшим вместе с телегами (договорились мы, что выдаст Лелино пока кой-какие продукты и инструменты, чтоб быстрее новичков отоварить) да в придачу со своей полевой кухней — «А то ишь, рыбкинские-то выпендрились! А мы что же — не сможем своего барона накормить, что ли?» Стада ушли, повозки жён (осчастливленных шанцевым инструментом и семенной картошкой) уехали, цепочка «лишних» телег с остатками имущества, обсиженных измождёнными степными рабынями (и немного рабами-калеками), потянулась на юг по тракту: трое сопровождающих дружинников рассчитывали по светлому вечеру пройти километров пятнадцать-двадцать пути. А у меня было ещё почти две сотни увечных, которым я обещала вернуть отнятое Степью. Да, в ночь, должно быть, растянемся. Ну и что? Целители мы или нет⁈ ЖУЛДЫЗ Новая Земля, Жулдыз, 05.03 (июля).0027 Кельда До трёх часов ночи мы лечили наших. Потом до одиннадцати дрыхли (хорошо, утра сейчас тёплые, самая макушка лета же). Потом целый час барствовали, распивая чаи. Потом мужу, видать, надоела такая песня, и все понеслись. Бо́льшая часть (во главе с нами) двинула в новообразованный посёлок, куда вчера уже ушла половина русских. Поскольку дороги туда особой не было, поехали мы верхами, велев пешим двигаться за нами по мере сил-возможностей. Сбиться с пути им вряд ли удалось бы: со вчера от прошедших телег (и, главное — стад!) осталась такая протоптанная полоса — не промахнёшься! В Жулдызе вовсю кипела жизнь. Даже, я бы сказала, била ключом, временами перехлёстывая через край. Деревня встретила нас коллективным женским скандалом. По порядку. Добравшись вечером до места, бабы поставили юрты (кто смог). К их чести надо сказать, что большинство справились — или своими силами, или объединились, что тоже им в плюс. Но некоторые ночевали в повозках. Делаем выводы, товарищи. С утра Балхия подняла всех ни свет, ни заря — и начала озадачивать поручениями. В помощницы она себе взяла четверых хозяйственных бабёнок, сначала всё получилось несколько сумбурно, но по-моему, у них внезапно проснулся энтузиазм от того, что теперь они — сами себе командирши. По крайней мере — внутри своей деревни. |