Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 5»
|
ОПЯТЬ КВАРТИРКА Ольга. Среда, 15 июля. Иркутск. Утро в нашем закутке началось рано. Ко мне, конечно, никто не ломился, но не совсем же я глухая — чуть не в шесть утра захлопали дверями, забегали, засуетились. Так-так, варианта два. Нет, три. Два оптимистических: поймали генерала (который после того, как взяли подставных «кэгэбэшников», явившихся за мной в санаторий, рванул в бега) или Вовка проявился. Ну, и пессимистический: «накрылась медным тазом наша качалка»[38]. Я была настроена на оптимизм и потому проснулась и пошла смотреть, что у меня есть из продуктов, что-нибудь вкусненькое мужику с дороги приготовлю. БОЛЬНИЧКА Вовка. День тот же. До больницы я домчал минут за десять. И тут до меня дошло, что время-то раннее, семи ещё нет. И что мне делать? Два часа тут топтаться? С другой стороны, это ж стационар, приёмный покой тут круглосуточный должен быть. Рискнуть? Я пристегнул велик к берёзе у входа и пешком вошёл в калитку, через которую время от времени проходили неторопливые и все как один очень спокойные сотрудники. Никогда я в этой больнице не был. Справки на вождение и оружие в центре получал, на Гагарина. Где тут приёмный покой? Территория сильно заросла зеленью, но, скорее всего, машины скорой помощи должны подъезжать прямо к крыльцу — а значит, идём туда, куда идёт нормальный асфальтовый подъезд. В приёмном скучали двое здоровенных санитаров и женщина в белом халате. Уставились на меня с вялым любопытством. — Чего тебе? — спросил один. — Здравствуйте. Я только что вернулся из поездки и узнал, что сестра попала в больницу. И вот хочу узнать, в каком она отделении, и можно ли её будет повидать. Я рано пришёл, наверно? Волнуюсь. — Будешь тут волноваться, — философски согласилась тётка. — Лет-то ей сколько? — Одиннадцать. Оля Шаманова. — А! — брови у тётки подпрыгнули, а сама она развернулась к одному из мужиков: — Паш, это не та, которая следователя по матушке материла, да ещё ежом? Не её в субботу в санаторий увезли? Ты ж в субботу дежурил? — Я фамилию-то не помню, — пожал Паша широкими как дверной проём плечами. — Чёрненькая такая, песни всё пела. — В санаторий? — тупо переспросил я. — Если она. Придётся тебе до восьми ждать, регистратура откроется, там тебе точно скажут. В голове шумел непечатный хаос. — О! — воскликнул широкий Паша. — Маша с детского идёт! Маш! Подь на минуту! Подошла неопределённого возраста женщина: — Чё ёще? — Маш, мальчишка сестрёнку ищет. — А чё пораньше-то не пришёл? — усмехнулась Маша. — В пять утра? — Да погоди! Мы вспоминаем тут. Шаманова — это ж её в субботу увезли? — А-а! Но, её. Санаторий, — Маша наморщила лоб, — названье-то такое… навроде «Дерсу Узала». — Да это ж кино! — всплеснула руками регистраторша. — Да я говорю — похожее… Я оставил их вспоминать название, а сам пошёл к калитке. Сука, где теперь её искать?! Знал бы где, скоммуниздил бы у деда мотоцикл, беретту откопал и доехал. Ехать куда??? Я с полминуты постоял в нерешительности и помчал в центр. ЗНАКОМАЯ КОНТОРА Вовка. У ворот конторы толклось довольно много для раннего утра народу. Все, конечно, тут «совершенно случайно». Я тоже сделал морду кирпичом, прошёл в здание. Немолодой дядька на проходной записал меня, прохлопал карманы, сурово потребовал оставить кастет и вообще, не положено такое. Я спорить не стал — собственно, для этого кастет с собой прихвачен и был. Ну, чтоб внимательней не искали. В кабинет к Сергей Сергеичу меня проводили. Он смотрел так, словно до последнего не верил, что это я пришёл и пришёл сам, подскочил, побежал дверь на замок закрывать… а когда повернулся ко мне, аккурат уставился в дуло револьвера. |