Книга СССР: вернуться в детство 3, страница 78 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

В любом случае, я за обувную фабрику была рада. И за горожан тоже. Сколько можно зимами морозиться!

За новые сапоги тоже было постановлено выпить, чтоб дольше не снашивались. Пока до нас сухой закон не добрался!

Ещё я спросила приехавших на день октябрьской революции родственников: а не хотят ли они приобрести домашних яичек? По выгодной цене рупь за десяток? Яиц как-то, вправду, подкопилось аж шесть ячеек, и на глаз более всего были похожи на первую категорию, которая в магазине стоила рубль десять. Десять копеек скидка, ха. К тому же наши были красивые, желтки яркие-яркие, чуть не оранжевые.

Родня сразу расхватала по ячейке, избавив меня от головной боли — куда столько яиц девать.

К ВОПРОСАМ ОБ ИЗОБИЛИИ

Вот вы спросите: почему, к примеру, я начала яйца родственникам продавать? Почему бы не раздать?

Потому что всё всегда нельзя раздавать. Кое-что — можно. Всё подряд — нет. Потом от вас будут ожидать, что и дальше будут сплошные подарки. А так не всегда получается. Да и не по-честному это: вы же вложились, деньгами и работой, нужно всю эту живность как минимум кормить. Ну, вы поняли, одним словом… Да и скидка, опять же — все остались друг другом довольны.

С приближением зимы такого яйцепада больше не ожидалось — куры уже «пожилые», день короче, даже при подсветке в день выходило всего восемь-десять штук. Почти все они уходили в тот же день — на завтраки, на стряпню. Стряпала бабушка как пулемёт — слякоть прошла, подморозило, и Таня каждый день прибегала с Рашидкой, а вечером тётя Валя и Ирку с собой прихватывала, да мы с Вовкой, да мама с Женей через день-два, да мало ли ещё кто из родни заскочит — все блины-пирожки мигом разлетались.

А вот по весне, когда леггорновский инкубаторский вывод подрастёт до состояния яйценоскости, стоило ожидать яичной лавины. Что делать будем? Помчимся, вестимо, к Наталье Петровне, которая нам договор на закупку молока оформляла. А, может, и проще станет. Вон, слышно было, за жалобы на заготовительные бригады кто-то большой по шапке получил. Теперь прямо рядом со строительным рынком строился большой двор, типа как база, что ли. Говорят, как раз для заготовительных бригад. И можно будет туда своим ходом приехать, излишки подсобного хозяйства сдать. Посмотрим, если они будут и яйца-мясо принимать, глядишь, никуда и обращаться не придётся.

После того как пришёл второй номер «Роман-газеты» (оба раза по десять штук), мы с Вовой съездили в наш Юбилейнский партком (или как его, я путаюсь в этих наименованиях) и отвезли два номера дядьке, который нашу семью фотографировал и фотки печатал — это ещё когда на квартиру ордер выписывали, помните? Обещала же я.

Количеству авторских экземпляров я страшно обрадовалась. Почему-то я думала, что будет как с детскими журналами — по одному, а тут правила другие, что ли? Всей родне задарила по экземпляру, кто «Роман-газету» не выписывал: дядям, тётям, папе, баб Лёле с дедом. Одну съездили, отвезли бабе Лиде с дедом Вовой, с которых книга была написана — это даже не обсуждалось.

Больше ничего сверхзанимательного в ноябре не происходило, и это к лучшему, я думаю.

Я ИДУ ДОКАЗЫВАТЬ, ЧТО НЕ ОЛЕНЬ

Десятого декабря первым утренним рейсом мама, Женя и Федька улетели в Улан-Удэ. Не знаю, как Женя воспринял моё предложение подкупить декана, но сумка у него была тяжёлая даже на вид. А ещё ведь чемодан. Одним словом, полетели.