Онлайн книга «СССР: вернуться в детство 2»
|
А ещё дед предложил нам в пятницу сходить на концерт. Из-за этого концерта прямо чуть не поругались мы. Баба Люся на концерт ходить не хотела, потому что он был местный и не очень престижный (короче, сплошное фырканье), и чего она попрётся, она и так всех этих сто раз видела, тоже мне, нашли что смотреть… А дед говорил, что выступают весьма достойно, и ему нравится. И вообще, он уже четыре билета взял. Видать, сразу предположил, что супруга откажется, а на меня, как оказалось, билета не полагалось (как на детей до скольки-то там лет). Тут я возьми и брякни: — Чёт я не хочу два часа на ручках сидеть. Можно я дома останусь? У меня глава недописана, — мой вечный и очень удобный аргумент. Тут мама сразу вспомнила моё вольное обращение с газовой плитой и её (мамин) хтонический ужас по этому поводу. Нет, одну меня оставлять было категорически нельзя! Дед тут же предложил вечер посидеть у них — дескать, взрослый в квартире есть, вот и присмотр. Этот вариант развития событий сильно взбодрил и бабу Люсю (хотя открыто орать, что я ей нафиг тут не нужна, она всё же постеснялась), и меня. Ну, зашибись, расклады! Я попыталась отбить право посидеть с Василием, но быстро поняла, что если прямо вот сейчас не заткнусь, вечер пятницы (и не только пятницы, и не только вечер) будет испорчен у всех. И заткнулась. В конце концов, три часа не потерплю, что ли? Займусь своими делами… 22 июля 1983, пятница Я сидела за журнальным столиком. Довольно удобная у них была модель, ноги можно было под столешницу подпихнуть, как под нормальный стол, и в сочетании с низким диваном это была для меня наиболее удачная комбинация. Баба Люся была недовольна. Причём, насколько я поняла из непрекращающихся бессвязных бормотаний, недовольна она была в принципе, и при любом раскладе высказывала бы миру своё высокомерное «фи». Вот, «видите ли, пошёл он!» и ещё «не могли сами что ли?» Это немногим отличалось от популярного в Москве девяностых «понаехали!», но идеально совпадало по эмоциональному наполнению. И, видимо, для того, чтобы показать своё неоспоримое превосходство над нами понаехавшими, баба Люся затеяла стирать бельё. Не вообще бельё, в широком смысле этого понятия, а конкретно своё, которое обычно называют нижним. Удачный ход, чо. Машинка у них стояла типа нашей «Сибири», полуавтомат, такой нежные вещи не доверишь. А бельё у бабы Люси было хорошее, это я оценила по растущей на балконе коллекции разноцветных тряпочек, преимущественно нейлоновых, но иногда и шёлковых. На фоне общераспространённых хлопчатобумажных панталон смотрелось весьма. Где, интересно, такое покупают? Урывают по случаю? Или есть специальные каталоги для генеральских жён? И если у бабы Люси был принципиальный выбор, то я готова была диагностировать ей как минимум психическую нестабильность, уж больно много пронзительно-жёлтых труселей было в её коллекции. Может, конечно, она хотела быть как солнышко, кхм… А-а-а! Я поняла! Просто сперва шло белое, потом жёлтое, потом, видимо, должен был пойти какой-то ещё цвет… Партия шла за партией, и ради каждой баба Люся выходила на балкон и начинала там сложные эволюции. Верёвки на балконе были закреплены, чтобы дед Али, выходя, не цеплялся головой. А баба Люся была довольно мелкорослая, и ей было неудобно. Поэтому она припёрла на балкон такую небольшинькую детскую табуреточку. Вроде как и не особо опасно, но мне с моей боязнью высоты страшно было даже из комнаты смотреть. |