Онлайн книга «Пожарский 2»
|
Мы вчетвером вышли из комнаты. Память тела и навыки ещё не покинули кадавров, и мы довольно быстро и без проблем добрались до главного зала. Я — по потолку, а упыри — обычным способом, выполняя все положенные танцы для прохода ловушек. Узор энергетических линий в главном зале изменился. Нескольких уже не было, некоторые стали тоньше, а остальные кружили по новым траекториям. Не слабо уроды тут повеселились, жаль, не видел — интересное зрелище, наверное. Ну, да ладно. Что, попробуем по-моему? Набросив на первого упыря аж пять щитов: от физики, огня, воды, земли и ментала, я повел его к ближайшему столбу. Насчёт ментала я, конечно, перестарался, упырю это было не страшно, но хрен его знает, этих перьеголовых. Ви́дением я следил за линиями, и первому упырю пока удавалось от них уклоняться. Наконец столб. Стараясь не обращать внимания на разрубленные остатки девочки, нашёл кнопку и нажал её. Три линии узора погасли. Немедленно вернул кадавра на место. Подождём. Как я и думал, через некоторое время линии зажглись и вновь включились в неспешное движение Узора. Ну, значит, план таков — стараемся по максимуму отключать линии, потом я по потолку рву к Сердцу. Понеслась. Я повесил на всех трёх упырей по пять щитов и отправил их к разным столбам с приказом максимально стараться уклоняться от линий. Полностью контролировать их у меня всё равно не получится. Используй то, что под рукою, и не ищи себе другое — так кажется? Вперёд! Вообще, проходка по потолку была тем еще делом. Линии Узора гасли, проявляясь в неожиданных местах, заставляя выполнять совершенно акробатические трюки. Тем более, что прыгать я не мог. Просто потому, что рухнул бы вниз, на пол. Нужно было, чтоб хотя бы одна конечность касалась поверхности, с которой я был связан прилипанием. Сначала сиреневая линия наискось перерубила кадавра-дамочку. Потом снесло голову мужику-упырю второму. Когда я оказался прямо над Сердцем Кинич Ахау, упырю первому отрубило ноги. Плотненько. Дождавшись просвета линий, я просто отлепился от потолка и рухнул на вершину столба с Сердцем. Есть! В полёте схватил рубин, а в следующий момент грохнулся на камни рядом с алтарём. С вершины пирамиды открывался шикарный вид на восходящее солнце. Оказывается, уже утро. А я время вообще потерял. Поднялся, огляделся. Подумал. Покачал рубин в руке. Между прочим, про то, что ничего из пирамиды выносить нельзя, разговора не было. Вытряхнул какую-то мелочёвку из калиты, запихал в неё рубин, а уж кошель — за пазуху. А то мало ли, вдруг камушек своим красным миганием всех тут переполошит? Надо же заботиться о людях. Примерно так же, как они позаботились о нас. Солнце вставало. Я сидел на ступенях пирамиды, ждал. Первым явился уборщик. С веником. Из перьев, конечно! Увидев меня, он споткнулся, что-то проорал и убежал. Мда. Внимательность к иностранным студентам на высоте. Ну, не очень-то и хотелось. Следующим подошёл встречавший нас — этот, как его, Юм-чего-то-там. — Приветствую тебя, чужеземец. Как прошла твоя первая смерть? — Какая смерть? Он удивлённо оглядел меня: — Разве ты не умер?.. Хотя, откуда бы тогда твоя одежда? — Он потрясённо выпучил глаза: — Ты прошёл испытание⁈ Как⁈ Так быстро⁈ Кто тебе помогал? Говори! — Ой, как много вопросов. А ты имеешь права их задавать? Зови лучше эту, как её, Чимальму. Она меня на экзамен отправляла, ей и отчитаюсь. |