Книга Пожарский 1, страница 54 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

Потом деловитые и надменные девушки со старших курсов начали разбирать новичков по аудиториям. И оказалось, что боевой факультет – он... непопулярен. Первыми увели «Экономику» и «Право», после чего зал опустел едва ли не на две трети. Половина из оставшихся отправилась на алхимию, ле́карство и зелья.

— Интересно, – негромко прокомментировал Кузьма, – девяносто человек осталось.

Можно начинать смеяться, но из этих девяноста шестьдесят ушли магических существ изучать. Я пересчитал рассеянных по помещению студиозусов – натурально, тридцать штук будущих боевых магов. Ядрёна-Матрёна! Из битком набитого зала! Это что – весь боевой факультет?

— Так, боевые! – высокомерно оглядела нас последняя дежурная девица. – Следуйте за мной! – и пошагала впереди, неторопливо впечатывая каблуки в мрамор коридора. Так и хотелось замедленно, слегка растягивая слова, отсчитывать: «Левой-правой-левой-правой...»

Кузя маслено сощурился вслед покачивающейся короткой юбочке и явно вознамерился выдать восхищённую оценку, но мне совсем не хотелось, чтобы кто-то услышал подобные наши разговоры, и я мысленно попросил: «Помолчи-ка, сынок, будь любезен». Кузя покосился на меня и обошёлся без комментариев. Но разглядывать выдающийся задний фасад сопровождающей не прекратил.

Так мы добрались до нашей аудитории, девица открыла нам дверь и томно сообщила:

— Декан вашей кафедры задерживается. Советую не дурить, а спокойно дождаться. Вылететь за нарушение дисциплины в первый день – это очень глупо.

И пошла по своим делам. Левой-правой-левой-правой...

На двери красовалась устрашающая табличка, предупреждающая, что присутствие посторонних лиц, не числящихся в списках учащихся, на занятиях запрещено. Не иначе, секретные секреты опасаются кому попало выдать! Ну, или просто, чтобы зевак не водили.

Я притормозил в коридоре, ожидая, пока все войдут.

— Так, Кузьма, давай-ка, – я похлопал по лацкану пиджака, – чтобы никто с вопросами к тебе раньше времени не лез.

— Как скажешь, папаня, – он завис передо мной маленькой блестящей фибулой, которую я приколол к пиджаку и вошёл в аудиторию.

РАЗНЫЕ ЛИЦА

Итак, группа у нас была небольшая, а аудитория стандартная – просторный лекционный зал с уходящими вверх рядами, как в античном Колизее или в цирке, только ещё столешницы для писания приделаны. Расселись свободно. Я занял место на последнем, самом верхнем ряду, поэтому мог почти безнаказанно обозревать одногруппников.

Первое впечатление получилось неоднозначным. Группа, пока мы шли в аудиторию, поделилась на четыре неровных части. И за парты они сели так же группами, благо размеры аудитории позволяли. Я смотрел на них и пытался понять принцип разделения.

Ну, допустим, первых условно назовём «служивые люди». Все старше двадцати, добротная, дорогая, но не пафосная одежда. Взрослые, уверенные в себе. Возможно уже послужившие и крови понюхавшие. На остальных смотрят спокойно, без вызова, но цену себе знают.

Теперь вторые. Этих можно назвать «мажоры». Одеты дорого, легко и ярко. И как-то поголовно непрактично. Если рубашка, то тончайшего шелка, если платье, то лишь чуть прикрывающее попу, все прелести напоказ. Кстати, девочки в этой группе самые красивые.

Третье. Я бы назвал их «заучки». Такие эталонные любимцы учителей. Всё знают, почти всё умеют. Свитера, тёмные штаны, даже у девушек. У многих парней длинные волосы, собранные в практичные хвосты.