Книга КОМ-9 (Казачий Особый Механизированный, часть 9), страница 34 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Слыхал, как не слыхать! Пушка у меня ими на малом шагоходе усажена.

— Однако!

— Когда речь о вашем выживании идёт, знаете ли…

— Согласен, согласен. Так вот. Получил я описания образцов. Есть вероятность, ваша светлость, что структура камня будет способствовать накоплению магической энергии на уровне примерно половинном от белого нефрита.

— Не так много.

— Согласен. Но и цена серафинита не столь высока. А для небогатых дворян бижутерия с такими камнями была бы большим подспорьем. Но прежде нужны исследования.

— Вы хотите, чтобы я организовал экспертизу камней?

— Нет-нет! Это всё мы возьмём на свой счёт, экспертиза, сертификация — полный пакет. И в том случае, если предположения окажутся действительными, торговый дом подготовит для вас предложения по исключительному выкупу либо по совместному производству, на ваш выбор. Как вы на это смотрите, ваша светлость?

— Вполне положительно смотрю, Маркел Фёдорович. И зовите уж меня по имени-отчеству.

— В таком случае, по рукам, Илья Алексеевич?

— По рукам. Позвоните моему управляющему на руднике, он вам организует встречу, проживание. А я сопроводительную записку черкну. А то Владимир Николаевич у нас — человек серьёзный, просто так на территорию не пустит и никаких проб собирать не даст.

И тут нас в очередной раз отвлекли. К столу подошёл служащий в форме клуба и передал записку на серебряном подносике.

— Интересно-интересно, — сказал Сокол, разворачивая, — нам с тобой, Илья Алексеич.

Прочитал и аж поджпрыгнул:

— Япону мать твою итить!

— Что такое? — сразу спросили все.

— Ну мы, Илья, молодцы с тобой! Сколько времени⁈

— Без четверти одиннадцать, — чётко ответил Хаген, защёлкнул часы и спрятал их в карман.

— Да в чём дело? — не понял я.

— Отправление курьера когда?

— Когда? В понедельник!

— Ну. В час!

— А понедельник начнётся через час! — понял я. — Ах ты, ядрёна колупайка! А в час ночи, что ли?

— Видимо. Раз в депеше написано: в час, без «дня» — наверное, ночи. Хорошо, у нас женщины бдительные, ещё раз депешу перечитали. Прислали машину и вещи в дорогу.

— Да не прыгайте вы! — остановил нас Серго. — Тут до воздушного порта двадцать минут ехать. Ну, полчаса — это если вы совсем черепашиться изволите. Ещё час спокойно сидим.

— Ну и отлично, — сказал я и оборотился к Соболеву: — Идёмте, Маркел Фёдорович. Здесь, верно, есть кабинеты или хоть угол потише? Письмо обещанное управляющему напишу, чтобы вам двое суток не ждать. А то ещё есть риск, что нас в Бидаре дольше задержат…

КОНТРОЛЬНЫЕ ЗАМЕРЫ

И всё-таки мы выпили на посошок. А потом по стременной — садясь в автомобиль. Ну и подъёмную уж, когда курьерский дирижбандель стремительно поплыл вверх. После этого дрыхли мы без задних ног, несмотря на общее неудобство спанья в сидячих креслах.

За ночь курьер доставил нас прямо в рудничную крепость или, как теперь стало принято называть, «Бидарский центр по исследованию рубиновой магической аномалии». Охраняли её теперь по высшему разряду — это вам не убыточная рубиновая шахта, это редкое в энергетической структуре мира явление, на которое разные высокие умы магонаучного сообщества (а также дипломаты, военные, промышленники и прочие-прочие) возлагали большие надежды.

— Надеюсь, нам дадут хотя бы позавтракать, — раскатал губу Сокол, глядя на приближающиеся знакомые стены.