Книга Лабиринт и чудесказки, страница 41 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

Итак, мечта. Мечта для Маркуса. Ему очень нужна мечта!

Не получалось. Возможно, потому, что захваченный пичалькой Никс безразлично пялился перед собой и вообще не замечал Вику, а Маркус следил за ней, словно хищник за добычей.

— Перестань сверлить меня взглядом! – не выдержала Вика.

— Извини, – Маркус тут же опустил глаза. Похоже, он был готов на что угодно ради мечты.

И снова Вика сосредоточилась, пытаясь думать о том, как она хочет мечту для Маркуса и как та ему нужна. Даже сжала в руках кулон в надежде получить от него дополнительную помощь.

Но всё равно ничего не выходило. Возможно, потому, что в прошлый раз Вика точно знала, для чего она хочет мечту Никсу, – чтобы спасти его от пичальки. А для чего так отчаянно нужна мечта темноходу? Да, вероятно, с мечтой лучше, чем без неё, но всё же она не жизненная необходимость. Вон Лукас прекрасно обходится без мечты и не страдает.

— Маркус, зачем тебе мечта? – тихо спросила Вика.

— А тебе? – тут же вопросом на вопрос ответил темноход.

— А я её и не искала, Ванилька сама ко мне пришла.

Маркус недовольно передёрнул плечами.

— А без этого никак? Без всех этих копаний в душе…

— Да. Нет. Не знаю… Я же говорила, я не знаю, как именно у меня получилось с Никсом. Но мне бы хотелось понять. Может, тогда у меня получится сделать это снова.

Темноход тяжело вздохнул, рассеянно дёрнул себя за пепельную прядь волос, потёр знак перевёрнутой восьмёрки на шее. Вика затаила дыхание. Кажется, Маркус готовился приоткрыть завесу своих тайн. И давалось ему это непросто.

— У меня была мечта. До Раскола. И какое-то время после. А потом… а потом много всего случилось. И она исчезла. Моя мечта… она была очень похожа на твою, – Маркус бросил взгляд на Ванильку, совсем по-кошачьи развалившуюся на ковре рядом с Викой. – Порой мне до сих пор кажется, что Ванилька – это она и есть.

— Если бы она была твоей мечтой, разве она бы не вернулась к тебе, когда снова тебя увидела?

— Мечты же не собаки, – печально улыбнулся Маркус. – Это собаки всегда рады своим хозяевам, что бы те ни делали. А мечты – они другие. И потом, она же сама от меня ушла. Наверное, почувствовала, что я от неё отказался…

— Как это – отказался?

Маркус отвернулся.

— Не хочу об этом говорить, – глухо сказал он.

— Да что случилось-то? Расскажи! Вдруг это поможет мне вернуть твою мечту? Или хотя бы достать другую!

— У меня был выбор, – сквозь сжатые зубы процедил Маркус, – оставить всё как есть или стать темноходом. Я выбрал второе. Именно тогда пропала моя мечта.

— Может, у темноходов просто не может быть мечты? Ну, вроде как издержка профессии. Ты знаешь хоть одного темнохода с мечтой? Вы же ходите через Тумарье. Вдруг мечты и Тумарье просто несовместимы?

— Ты была в Тумарье, и не раз. Что-то я не вижу, чтобы Ванилька от тебя убежала.

Вика промолчала, не зная, что ещё сказать.

— А если бы ты не стал темноходом, какой был другой вариант? – спросила она.

Глаза Маркуса сверкнули, и он всем своим видом дал понять, что отвечать не собирается.

— Ой, ну давай уже! Сказал «А», так говори «Б»!

— Что? – Темноход выглядел сбитым с толку.

— У вас нет такого выражения? – догадалась девочка. – Это означает, что раз уж начал рассказывать, так доведи до конца и расскажи всё!

Маркус глубоко вздохнул, словно набираясь решимости, и сердце у Вики замерло от предчувствия, что сейчас она узнает что-то очень важное.