Книга Лабиринт и чудесказки, страница 40 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Значит, решено, – подвела итог Вика.

Оставалось самое сложное.

— Так ты проведёшь меня к Лабиринту? – обратилась Вика к Маркусу.

Темноход страдальчески поморщился.

— Ты уже делал это прежде. И не раз, – напомнила девочка. – Или ты хочешь, чтобы я тебя упрашивала?

— Да ничего я не хочу, – огрызнулся темноход. – Я уже сто раз пожалел, что не сумел отцепиться от тебя тогда, в Ово.

Вика знала, что Маркус лукавит. Он помогал ей снова и снова, даже когда был совсем не обязан. И продолжал помогать, хотя она категорически отказалась дать ему то, что он хотел: Ванильку. Помогал, даже когда у него не осталось возможных корыстных мотивов, как, например, передача её и осколка Сердца в обмен на крупное вознаграждение. И единственное объяснение, которое приходило Вике на ум, – должно быть, он всё же проникся к ней некоторыми дружескими чувствами… Хоть в это и было сложно поверить. Особенно самому Маркусу.

— До меня доходили слухи о том, как можно призвать рыцарей Тумарья, – вмешался майстер Куртис. Он не знал всей сложной истории отношений Вики и Маркуса и потому решил, что темноход категорически отказывается. – Раз ты можешь входить в Тумарье и сохранять рассудок, попробуй вызвать их и попросить о помощи…

— Вот только этих благородных на всю голову идиотов не хватало! – возмутился Маркус. – Ладно, так и быть, я тебя отведу. Сам не понимаю, почему я это делаю, – пробормотал он.

— Может, потому, что мы с тобой стали друзьями? – лукаво предположила она.

Маркус только фыркнул в ответ.

— Но сначала вторая часть нашего уговора, – напомнил он.

— Да, конечно, – согласилась Вика. – Фрея Анжи, можно нам воспользоваться вашей мастерской?

* * *

Без малышей уютная мастерская казалась непривычно тихой. Такое же ощущение возникает, если прийти в парк аттракционов после закрытия: вроде бы всё на месте, но без людей жизни в парке нет.

Потянуло туманом и холодной весенней слякотью. Вике был знаком этот запах. Так пахло волнение.

Девочка бросила быстрый взгляд на Маркуса. По его виду ни за что и не скажешь, что он волнуется!

— Что я должен делать? – спросил темноход, растерянно оглядывая низкие столики и крошечные детские стульчики.

— Ничего. Просто сядь где-нибудь. Если это работает так же, как было с Никсом, то всё делать буду я сама.

Маркус с сомнением пригляделся к карликовым стульчикам и в итоге уселся на пол, на яркий разноцветный ковёр.

Вика опустилась напротив него и попыталась вспомнить, что именно она делала с Никсом и в какой последовательности. Как жаль, что она тогда не запомнила каждый свой шаг! Сейчас было бы куда проще повторить!

Всё, что приходило на ум, – это бесчисленные попытки создать мечту или призвать её. Вика помнила, как старалась сосредоточиться, как рисовала себе мечту в воображении, как напряжённо думала о Никсе и о том, как важна будет для него мечта, – и как у неё ничего не получалось. И как её охватывало отчаяние. Как она сто раз была готова сдаться или расплакаться от разочарования и усталости – и от обиды за Никса, обречённого на безрадостную жизнь с прилепившейся к нему пичалькой. А потом… А потом появилась Дымка. И Вика до сих пор не понимала, что она тогда сделала, как именно у неё получилось добыть для Никса мечту.

Вика глубоко выдохнула. Если у неё получилось один раз, значит, и второй тоже получится! Надо просто постараться.