Книга Лабиринт и чудесказки, страница 21 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Если в них кто-то что-то и вкладывает, то это мои малышата! – Фрея Анжи обвела взглядом сидящих за столом детишек. – Это ведь они придумывают сказки и с такой любовью их мастерят. И конечно, верят в них. И только потом они вырастают и их учат, что сказок не бывает. А пока…

И тут Вику буквально осенило, и она даже выпрямилась на стуле от сделанного открытия! Но делиться им она не торопилась. Вместо этого девочка внимательно присмотрелась к чудесказкам, которые сделали сегодня малыши. Так и есть! Если не смотреть на них в упор, а поглядывать краем глаза, то боковое зрение улавливало внутри прозрачных шаров тот самый лавандовый туман с парящими в нём цветочными лепестками, который плыл над рабочим столом мастерской. Вот он, секретный ингредиент, который наделяет чудесказки волшебной – или лечебной – силой. Это вера малышей в сказку и в чудеса, щедро приправленная любовью – их собственной и любовью фреи Анжи к ним и к своему делу. И эти любовь и вера такие чистые, такие искренние и такие сильные, что действуют даже на других людей!

Вике очень хотелось немедленно рассказать о том, что она поняла, но она подумала-подумала – и не стала. Если фрея Анжи уверена, что не делает ничего волшебного, но у неё всё равно получается волшебство, то пусть так продолжается и дальше, не стоит вмешиваться.

И потом, возможно, свойства чудесказок появляются как раз потому, что их делают вовсе не с целью превратить в лечебные или волшебные предметы, а просто от бескорыстной любви.

У фреи Анжи было настолько уютно и хорошо – почти как дома! – что уходить не хотелось. Но после того как майстер Куртис окончательно пришёл в себя, причин оставаться дольше не было. Нужно скорее искать маму!

Однако фрея Анжи вовсе не торопилась выпроваживать гостей. Она между делом, как-то незаметно расспросила, кто они такие, и откуда, и как оказались в Варекае, и Вика, совершенно расслабившись, даже проговорилась, что она из другого мира, – так располагала к себе и вызывала доверие хозяйка с волосами цвета закатного солнца. И когда фрея Анжи узнала всю – ну, или почти всю историю, она предложила им не торопиться и оставаться у неё столько, сколько надо, пока они не решат, что делать дальше.

Впрочем, Вика-то как раз точно знала, что делать дальше. Сейчас, когда майстер Куртис снова в порядке, он расскажет, как пройти в Воцею, и Вика с Лукасом отправятся туда. А там… Ну а что делать там, будет зависеть от того, что они там найдут. И найдут ли вообще. Вика и сама не знала, какая перспектива пугает её больше: если мама в плену в Воцее или если её там вообще нет.

Майстер Куртис план Вики не одобрил.

— Ты даже не знаешь, там ли твоя мама. Что, если ты проделаешь весь этот путь зря?

— Но я не могу просто сидеть на месте и ничего не делать! – воскликнула Вика.

— Лучше не делать ничего, чем делать глупости, – заметил картограф. – И вообще, с чего ты решила, что этот – как ты его называла, Генералиссимус? – сказал тебе правду? Твоя мама ему явно не нравится, и он мог просто соврать. А вот твоя мама, очевидно, откуда-то знала, что ты появишься в Варекае, не зря же она привела Лукаса с другого Осколка именно сюда. Так не лучше ли оставаться в том месте, где тебя ждала мама?

Вика задумалась. А если картограф прав? Что, если Генералиссимус соврал из вредности? Ведь действительно, мама откуда-то знала, что Вика появится в Варекае, и потому, наверное, будет её здесь искать. И Вика точно ей не поможет, если станет бегать по всему Осколку.