Онлайн книга «Мечты и пичальки»
|
Оставаться наедине с собой, когда о чём-то тревожишься, – не лучшая идея, а мысли, которые приходят в голову в такие моменты, – не лучшая компания. Вика корила себя за то, что зря тянула время, поддавшись сомнениям, и упустила возможность проверить, в Восьмирье ли её мама, или же ей просто показалось. А что, если беглеца не найдут? Тогда она так и не узнает наверняка… Как всегда, стоило вспомнить о маме, и накатила невыносимая грусть. Порой в той прежней, привычной и, как сейчас понимала Вика, очень комфортной и спокойной жизни она мечтала поскорее вырасти! Так хотелось стать наконец взрослой и делать всё то, что пока ещё слишком рано. Но здесь, в Восьмирье, Вика особенно часто думала, что больше всего хочет снова оказаться маленьким ребёнком, и чтобы рядом с ней была мама, которая всё сделает и всё решит за неё. Вика всхлипнула и поплотнее закуталась в плед, чувствуя себя бесконечно несчастной и почему-то особенно остро ощущая, что она не просто одна, а одна в совершенно чужом, незнакомом и невероятно далёком мире. И это жестокий мир. Он казался милым благодаря таким вещам, как испечённый смех, варенье из солнечных зайчиков или её летающая мечта. Но этот же самый мир раз за разом отнимал у Вики тех немногочисленных друзей, которых она успевала найти: майстера Нилса, Лукаса и тётю Генриетту. На колени запрыгнула Ванилька, осторожно дотронулась мягкой лапкой до щеки, и грусть немного отступила. На самом деле всё не настолько трагично, не надо сгущать краски. Майстера Нилса Вика не теряла, она сама от него ушла, это ведь был её выбор – пойти в Куидам вместо того, чтобы просто передать письмо. Тётю Генриетту она потеряла, но теперь знает, где её искать. А Лукас сам предложил остаться на маяке, и Вика согласилась. Правда, она до сих пор чувствовала себя виноватой в том, что ушла и оставила его там, и приходилось напоминать себе, что они не могли поступить иначе, ведь без ночной радуги Восьмирье скатилось бы в хаос. Немного приободрившись, Вика в который уже раз сделала мысленную зарубку: нельзя поддаваться грусти! Стоит только позволить себе слабину – и грусть будет расти, пока не поглотит всё вокруг! Потому лучше вообще её к себе не подпускать! Прямо как пичальку. Часы пробили два ночи. Уже очень поздно! Пойти к себе? Или подождать ещё немного? Вика оглядела библиотеку и решила остаться; ей почему-то казалось, что в спальне она ещё острее почувствует своё одиночество, а здесь ей было вполне комфортно и уютно. Вика поудобнее устроилась в кресле, укрылась пледом и, глядя на догорающие в камине поленья, стала медленно гладить светящуюся шёрстку мечты одной рукой, а другой почти неосознанно вертела свой кулон. Слабый свет тлеющих углей попал на Викину ладонь, испачканную в мерцающей пыльце от шерсти Ванильки, и в воздухе появилась маленькая радуга. Девочка смотрела на неё и думала о другой радуге, которую пока видела всего только раз: в ту ночь, когда убегала от бандитов по тёмной дороге, ведущей прочь от Фортуги, надеясь, что она приведёт её в родной мир. Интересно, это действительно была ночная радуга – или плод её воображения? По идее, ночная радуга видна только во сне, но Вика не была уверена, что она тогда спала. Скорее, погрузилась в какое-то забытьё от усталости. |