Книга 32 августа, страница 40 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— Что-то у меня душа не на месте. С тобой, что ли, сходить?

Вика подумала, что образное выражение «душа не на месте» в этом мире может быть вовсе не образным, и уточнила:

— А где же она у вас?

— Да это просто выражение такое, – улыбнулся майстер Нилс. – Оно означает, что человек беспокоится.

— Понятно. У нас тоже так говорят. Но вы не переживайте, всё будет в порядке, – заверила Вика, желая успокоить хозяина дома, хотя сама переживала и волновалась ничуть не меньше.

С улицы донёсся шум, и через несколько мгновений в дом, словно ураган, ворвался запыхавшийся Лукас – светло-русые волосы взъерошены, голубые глаза горят, расстёгнутая клетчатая рубашка развевается за спиной парусом.

— В Ово появились тайные констебли! – выпалил он.

От неожиданности майстер Нилс выронил нож, и тот громко звякнул, упав на пол.

— Ты уверен?

— Ещё бы! Их уже много кто видел.

— Кто именно? – продолжал допытываться майстер Нилс. – Если фрея Хильда, то это ещё ни о чём не говорит… Да и твои друзья, уж прости, те ещё фантазёры.

— Не только они. Их видела хозяйка цветочной лавки, кузнец и продавец лимонада. А ещё в городе говорят, что они расследуют, из-за чего Тумарье на нас наползает.

— А кто такие эти тайные констебли? – вмешалась Вика. Слово «констебли», да ещё в сочетании с «тайными», вызывало тревогу.

— Люди болтают, что они шпионы правительства и следят за всем, что происходит на Осколках Восьмирья, – ответил Лукас.

— Получается, они тоже умеют ходить через Тумарье? – удивилась Вика.

— Нет, – покачал головой майстер Нилс. – Они не ходят через Тумарье, как темноходы. Они появляются прямо на Осколке – словно из воздуха.

— Пользуются порталами? – предположила Вика, читавшая о подобном в фантастических книгах.

— Никто точно не знает – на то констебли и тайные. Собственно, мы знаем о них даже меньше, чем о темноходах. Но зато точно известно, что иногда они забирают с собой кого-то из жителей и больше этих людей никогда не видят.

— А зачем они пришли в Ово? – спросила Вика.

— Скорее всего, из-за Маркуса, – ответил Лукас. – Тайные констебли темноходов, мягко говоря, недолюбливают.

— Почему?

— Наверное, потому, что темноходы знают и видят то, что им не положено. Или констеблям просто не нравится, что кто-то ещё, кроме них, может перемещаться между Осколками.

— Если они схватят Маркуса, то я не передам ему письмо и он не доставит его тёте Генриетте! – испугалась Вика. – А если темноход уже знает, что в городе появились констебли, то он, наверное, и дожидаться меня не станет!

— Побежали скорее в Ово! – тут же предложил Лукас. – Может, мы ещё успеем его застать!

Не теряя времени зря, Вика метнулась в спальню за рюкзаком, посадила в него Ванильку, схватила со стола мешочек с монетами и сбежала вниз. Торопливо чмокнула майстера Нилса в щёку.

— Спасибо вам большое! За всё-всё! – поблагодарила она, надеясь, что он поймёт, как много вложено в это «всё-всё»: его поддержка и забота, крыша над головой, вкусные ужины, чудесные беседы, Ванилька и, конечно, двадцать золотых.

— Будьте осторожны! – крикнул майстер Нилс уже в спину убегающим Вике и Лукасу.

Если бы только Вика знала, что больше не вернётся в приют, где живут бездомные мечты, то наверняка нашла бы для майстера Нилса другие слова. Но, к сожалению, обычно люди даже не подозревают, что прощаются с кем-то навсегда, и потому чаще всего не успевают сказать всех тех самых важных, нужных слов, которые готовят для таких моментов.