Книга Ночная радуга, страница 16 – Марина Ясинская, Татьяна Петровска (Титова)

— А ну, исчезни!

Разумеется, чуда не случилось, Тумарье не поспешило рассеяться ни от этой, ни от других фраз, которые Вика перепробовала за следующие несколько минут, – от нелепого «Брысь!» до пафосного «Изыди!». То ли Сердце Восьмирья на самом деле никакой власти над Тумарьем не имело, то ли осколок Сердца был слишком мал и слаб, чтобы справиться с такой задачей. А может, нужны какие-то особые слова, вроде заклинаний, которым Тумарье подчинится.

Ну и не стоило сбрасывать со счетов ещё одну возможность: майстер Раулс и тётя Генриетта ошиблись и осколок, из которого сделан Викин кулон, – это просто красивый, обкатанный волнами кусок стекла, а вовсе не частичка могущественного Сердца Восьмирья.

Оставив попытки уничтожить Тумарье, Вика некоторое время просто стояла на месте, прислушиваясь к своим ощущениям. Да, теперь ей было гораздо легче здесь находиться! Как и в первый раз, время от времени Тумарье бросало в девочку чьи-то горькие обиды и острую душевную боль, но Вика почти сразу вспоминала, что это не её печали, и они тут же теряли над ней власть. Осколок помогал? Или она немного «закалилась» в прошлый раз?

Не видя смысла и дальше оставаться внутри чёрного тумана, Вика вышла обратно.

— Ну как? – тут же спросил Лукас.

— Как видишь, Тумарье всё ещё на месте, – вздохнула Вика.

— Это понятно, – отмахнулся Лукас. – А как ты сама?

— Знаешь, на этот раз намного лучше.

— А осколок?

— Не знаю. Может, он мне и помогает, но я этого не замечаю. Да и как мне это проверить?

— Вообще-то есть один способ… Да нет, забудь, – махнул Лукас рукой.

— Ну уж нет, раз начал, то договаривай!

— Я просто подумал, что проверить как раз легко: надо всего лишь зайти разок в Тумарье без кулона.

Вика растерялась. Она не была уверена, что осколок работает, но в то же время заходить в Тумарье без него было как-то страшновато.

— Я же говорю, забудь! – повторил Лукас. – Это слишком опасно!

— А может, всё-таки стоит попробовать? – задумчиво ответила Вика. – Тогда бы мы всё точно узнали.

— Ладно, но если кто и будет экспериментировать, то это я! Давай я возьму твой кулон и зайду внутрь! – Лукас, похоже, по-настоящему загорелся этой идеей. – И если на меня Тумарье не подействует, значит, он точно работает.

— А если мы ошибаемся? Тогда ты там застрянешь!

— Не застряну, я же возьму ремень, и ты меня будешь держать.

— Нет, Лукас, – возразила Вика. – Ты и так уже поражён Тумарьем, а если кулон не работает, то ты только получишь новую дозу.

— Ну Ви-и-ика! – протянул Лукас и состроил такие просительные глазки, что девочка рассмеялась.

— Давай так: если завтра ты придёшь в себя без моей помощи, то мы попробуем, – предложила она.

При упоминании о том, что утром он может не очнуться сам, Лукас сник.

— Эй, ты чего? – толкнула его в бок Вика. – Ты же принял лекарство майстера Раулса! Наверняка оно уже начало действовать, так что не вешай нос раньше времени!

Лукас немного приободрился, и Вика улыбнулась. Ей было куда привычнее видеть боевого и задорного Лукаса, чем Лукаса, упавшего духом и с потухшими глазами. И во много раз приятнее, чем ту безжизненную куклу с пустым взглядом, в которую он превращался по ночам из-за Тумарья.

Возвращаться в дом тёти Генриетты друзья не торопились: они не хотели прийти слишком рано и попасться на глаза Городовому. И даже когда вернулись к домику возле Белого маяка уже в сумерках, всё равно сначала притаились за дверью и прислушались, не доносятся ли голоса посторонних.