Книга Закон тирана, страница 152 – Дэниел Абрахам

Она не заметила, как подошел Ярдем. Он накрыл ее руку ладонью – опомнилась она лишь тогда, когда он подвел ее к алтарю. Перед глазами мелькали лица, все ждали. «Я не смогу и слова сказать», – пронеслась мысль, но откуда-то с задворков сознания донесся тихий голос: «Нет, смогу».

— Мой город не Суддапал, – начала она. – Мой город – Ванайи. Антейская армия его взяла… отобрала у меня. И лишила меня близких людей, которые меня воспитали и относились ко мне с любовью. Рядом с банком стояла лавка, где соседский мальчишка и его отец продавали кофе, и антейцы их… тоже у меня отняли. Все, что только было, взяли и сожгли.

Печаль, о которой Китрин даже не подозревала, безмерная как океан, обрушилась на нее и заставила на миг поникнуть головой. Ярдем сделал было шаг, но Китрин остановила его, стиснула зубы и вскинула голову.

— Я тогда не плакала. И не горевала. И не давала волю ярости. Я попросту не позволяла себе ощутить эту потерю, иначе бы она меня сломила. А сейчас вы все свидетели: я сломлена. Сломлена, но жива. И не побеждена.

На плечо легла рука, Китрин взглянула – нет, не Ярдем. Магистра Исадау подступила ближе, обвила руками дрожащее тело и прижала к себе. Китрин открыто плакала – да и не просто плакала: она заходилась в отчаянном крике, как младенец, потерявший отца и мать. Впрочем, она ведь и вправду сирота, от этого никуда не деться… Уткнувшись в Исадау, она ревела на глазах у полусотни людей и не стыдилась.

— Умница моя, – шептала Исадау. – Все будет хорошо. Славная, чудесная девочка с сердцем, которое не умерло. И не умрет. Все будет хорошо.

Китрин крепко прижимала к себе тимзинку и не думала отпускать.

— Ничего не выйдет, – сказал Ярдем. – Не сочтите за грубость, магистра, но ваша тайная сеть была ненадежной даже в начале, когда угроза исходила лишь от солдат, чиновников и ведунов. Против паучьих жрецов вам и вовсе не выстоять.

— Я понимаю, – кивнула Исадау. – Двое из тех, кто согласился нам помогать, уже исчезли. Мне удалось передать остальным, что на расспросы жрецов отвечать нельзя. Если молчишь – это не ложь.

Ярдем хмыкнул, будто ему дали под дых. Магистра подняла на него вопросительный взгляд.

— Отмолчаться тоже может быть непросто, – объяснил Ярдем.

Двор успел превратиться из зеленого в тускло-бурый чуть ли не за одну ночь. В Суддапал нагрянула осень, и веющий холодок уже предвещал скорую зиму. Исадау сидела на деревянном табурете, прямая и напряженная. Ярдем в вольной позе стоял рядом, из проповедника превратившись обратно в бойца. Китрин, расхаживая туда-сюда на фоне двух неподвижных фигур, казалась себе нелепой, но ничего не могла поделать: движение не только упорядочивало мысли, но и расслабляло ком в желудке, из-за которого вот-вот потянет стошнить. Палые листья ломко шуршали под ногами и отлетали в стороны, когда она поддевала их носком башмака.

— Нам нужен запасной план, – сказала Исадау. – На случай, если меня задержит новый магистрат.

— Почему? – спросила Китрин.

— Потому что ее задержит новый магистрат, – ответил Ярдем.

— Не обязательно до этого доводить. Магистра может уехать в Карс.

— Я не брошу собственный город, – покачала головой Исадау. – Понимаю, что моя помощь будет недолгой, и все же пробуду здесь сколько смогу. Уж если кому уезжать, то вам. Я списалась с Комме. Он согласен, что лишиться двух магистр хуже, чем лишиться одной.