Книга Некромант, страница 69 – ВальДеМортис

— Арф. Для начала, спасибо, что раскрыл своё происхождение. Я так и думала, что ты из гоблинов, да только вот даже они, если видят опасность, обязательно предупреждают остальных маленьких тварей. А ты, значит, видел, что мы под ударом, и спокойно ждал. Лидером ты станешь только через мой труп. Выгонять никто никого не будет. Мы пошли на это испытание вместе — вместе и должны закончить его. Ну а что касается меня… Я признаю свою ошибку. Я не заметила крайне важную деталь, впрочем, так же, как и каждый из вас, но я приняла на себя ответственность за всех. То, что случилось, на моей совести. Я не стремлюсь к власти и не жажду быть лидером. Тот, кто считает, что у него получится вести остальных лучше, может прямо сейчас занять это место и получить мою полную поддержку. Кроме тебя, друг мой, — радуйся, что при тебе останется твоя гоблинская жизнь.

* * *

Конечно, после этого никто не пытался взвалить на себя бремя лидерства, а её авторитет вырос до немыслимых высот. Пять лет спустя она вывела из леса отряд состоявшихся рейнджеров. Они читали следы как раскрытую книгу, стреляли между деревьев в лесу словно на пустой равнине, могли выжить в самых суровых условиях. Даже Арфаглэйд признал, что всё это время она вела их верным курсом, и принёс ей свои извинения.

Это были приятные воспоминания, которыми она с удовольствием делилась со своим принцем, рассказывая в подробностях все приключения, что выпали на их долю.

Лазриэль в ответ поведал о постоянных шуточных дуэлях с братом, когда тот раз за разом пытался напасть неожиданно, но каждый раз напарывался на щит или ответную реакцию. Однако упрямый и взбалмошный, он никогда не оставлял попыток, поджидая брата в самых невероятных местах и нападая из засады. Магу пришлось всегда быть настороже, ожидая атаки, и за это он, как ни странно, был благодарен Таэлю — ведь это делало его сильнее.

Ещё он вспомнил, как отец брал их на собрания, показывая, как порой бывает тяжело бремя лидерства. А однажды он взял их с собой, отправляясь в древнюю рощу. Вот это было по-настоящему удивительное путешествие.

* * *

Огромные, величественные стволы вековых деревьев обступали со всех сторон плотным строем. Солнечный свет не достигал в этих местах земли, путаясь в размашистых кронах. Кругом царила тишина, изредка прерываемая возгласами случайных птиц.

— Отец. Почему тут так тихо? — спросил Таэль’авир. — Почему не щебечут птицы и не перекрикиваются звери, где стрекотание насекомых?

— Звери и птицы давно уже облетают здешние места стороной — они знают, кого здесь можно пробудить. Только самые отважные или случайно забравшиеся рискуют тут находиться. Это место пропитано магией и силой.

— А зачем мы зашли сюда, раз это такое опасное место? — удивился старший сын.

— Лазриэль, это место опасно только тем, кто пришёл со злыми намерениями. Для нас здесь нет угрозы. — Спокойно пояснил отец, выходя на просторную поляну.

— А кого здесь можно разбудить? — с опаской оглядывался младший.

В этот момент стоящее посреди поляны дерево, величественное и самое большое из увиденных здесь, зловеще заскрипело и с оглушительным треском стало крениться в их сторону.

Лазриэль суматошно рванулся налево, Таэль’авир прыгнул и перекатился вправо, уходя из-под смертоносного удара, тогда как Харнесесс невозмутимо продолжал стоять на месте, не шевелясь.