Книга Зеркальные города-близнецы. Книга 2, страница 113 – Цан Юэ

Сицзин опешил: он не ожидал такого почтения по отношению к собственной персоне от Сумо. Он неловко улыбнулся и сказал, почесав голову:

— Да что там… Зачем вспоминать о былом?

Сто лет назад Сицзин помешал кунсанской аристократии устроить расправу над русалками: рискуя собственной репутацией, он выпустил на свободу несколько тысяч русалок, запертых в подводной тюрьме Целаня. За нарушение законов империи Кунсан его лишили всех почестей и титулов и изгнали из столицы, после чего он стал безвестным странствующим воином.

— Морской народ не из тех, кто забывает добро, – когда Сумо произносил эту фразу, его голос звучал ровно и спокойно, но в глазах при этом промелькнул гнев. – Мы помним всех, кто протягивал нам руку помощи в трудные времена. Именно поэтому мы готовы сейчас пожать вашу дружескую руку, если вы… Сумо бросил затуманенный взгляд на лицо женщины-призрака: – Если вы оба дадите нам слово. Через тысячи лет мы, русалки, попробуем довериться кунсанцам.

— Я даю слово! Конечно, я даю слово! – решительно заверила его Бай Ин. В ее глазах читалась радость. – Мы, кунсанцы, обязательно сдержим свое обещание – по крайней мере, я сделаю все возможное, чтобы наша сторона сдержала обещание!

— А ты что скажешь? – спросил Сумо, переводя взгляд на Сицзина. На его губах появилась едва заметная улыбка. В этот момент мечник почувствовал необъяснимое волнение, словно над ним нависла какая-то грозная тень. В душе стало вдруг очень холодно и тоскливо.

— Брат! – окликнула его Бай Ин, не дождавшись ответа. От ее оклика Сицзин вздрогнул. В сердце у мечника ощущалась тяжесть, причины которой он не знал. Увидев направленные на него взгляды, Сицзин молча кивнул. Но это с виду ни к чему не обязывающее согласие означало в его случае обещание столь же нерушимое, как горы.

Чжэнь Лань сохранял невозмутимость. По такому важному вопросу, как заключение союза между русалками и кунсанцами, юный царь морского народа общался с его супругой и подчиненными, ни разу не обратившись к наследному принцу Кунсана, который был уполномочен принимать подобные решения. Однако, несмотря на столь явное неуважение, Чжэнь Лань не обиделся. Воспользовавшись тем, что двое с его стороны дали обещание, он добавил:

— Кунсанцы сдержат свое слово! Мы надеемся, что союз с морским народом поможет каждому из нас получить то, что принадлежит нам по праву!

— Хорошо. Времени у нас мало, поэтому предлагаю обсудить, что подразумевает наш союз.

Сумо даже не пришлось смотреть за окно, чтобы понять, что скоро рассвет. Он понимал, что кунсанцам нужно возвращаться в Бесцветный город, поэтому без обиняков перешел к делу:

— Вы освобождаете Царя драконов. Это великое для нас событие, что же вы тогда хотите взамен?

Чжэнь Лань удивленно посмотрел в глаза Сумо – они, как обычно, были бесстрастными и не выражали никаких эмоций. Как только речь зашла о реальных действиях, он сразу стал таким рассудительным и решительным, отбросив привычную надменность и дерзость. Поистине этот юный предводитель русалок непредсказуем…

— Мне нужна моя левая нога, – молниеносно ответил наследный принц Кунсана. – Она находится на юге, где Зеркальное озеро соединяется с морем, в подводной впадине, куда поместилась бы сама Белая Пагода Целань, на глубине шестидесяти четырех тысяч чи.