Книга Ледяное сердце эриды, страница 131 – Цитианка

— Принцесса, — продолжаю мягко, но с нажимом, — почему ваши люди покинули корабль именно в тот вечер? Кто дал им приказ? И кто мог воспользоваться этим, чтобы проникнуть на палубу незамеченным?

— Откуда мне знать? — Наэль пытается держаться, голос чуть срывается. — Это была их удача, что они ушли, иначе сгорели бы вместе с кораблём.

Чувствую, как вина в ней поднимается — пульсирует, становится навязчивой. Усиливаю это чувство. Принцесса сжимает губы, ногти врезаются в ладони, на скулах проступает резкий румянец.

— Проводилось ли дознание среди ваших людей?

— Нет. Какое дознание? Мне было ясно с самого начала, что это дело рук Териона.

Где-то сбоку Теоден откашливается, наклоняется чуть вперёд, его карие глаза скользят по лицам.

— Позвольте уточнить, — вмешивается он. — Принцесса настояла, чтобы расследование прекратилось. Она ясно заявила, что не обвиняет Веларрон и готова и дальше сотрудничать с нами. По этой причине разбирательство не продолжили — свитки и допросы были убраны под печать.

Я размышляю: зачем принцессе, которая всеми силами стремится к союзу с Веларроном, поджигать свой же корабль? На первый взгляд, это глупость: союз ей нужен, она делает ставку на принца, идёт на всё ради союза. Но… если подумать глубже — это не глупость, а отчаянный ход. Именно потому, что ей нужен этот союз, она идёт на риск.

Вглядываюсь в Наэль — в пальцы, крепко сжимающие подлокотник, в подрагивающие губы, в слишком быструю готовность замять любой вопрос.

— Принцесса, — продолжаю спокойно. — Вы ведь лучше всех знаете, что пожар стал причиной того, что союз ускорился.

Я чуть усиливаю её страх.

— Странно, правда? — произношу мягче, почти шёпотом. — Слишком удобно совпали время и обстоятельства. Почему вы были так уверены, что это был именно Терион?

Наэль пытается держаться прямо, взгляд её дрожит, цепляется то за лица, то за стол.

— Терион был врагом союза, — отвечает она с надрывом. — Всем было ясно с самого начала, кто в этом виновен. Я не…

— Всем — но не вам, — прерываю спокойно. — Вы ведь не искали правду, не ждали доказательств. Потому что правда вам была не нужна.

Арвид резко хлопает кулаком по столу, гулкий звук перекрывает ветер и грохот грома.

— Довольно, — бросает он хрипло, голос дрожит от сдерживаемых эмоций. — Вы что себе позволяете? Это моя сестра. Она здесь не для допросов и унижений, а как представитель Элмора! Если у вас есть доказательства, предъявляйте их — иначе прекратите раздувать этот фарс!

Каин резко сжимает моё колено под столом, пальцы впиваются в кожу.

— Что ты творишь, Селина? — сквозь зубы, почти не двигая губами, рычит он. — Не лезь дальше.

Но я не отступаю, позволяю себе задержать взгляд на Наэль ещё дольше, усиливаю её чувство вины. Её эмоция почти захлестывает — она ёрзает на стуле, будто вот-вот сорвётся, лицо бледнеет, губы дрожат.

Арвид не выдерживает. Резко поднимается, стул со скрипом отъезжает по каменной плите, он бросает взгляд на Наэль — жёсткий, требовательный.

— Мы уходим. — Он тянет сестру за локоть, поднимает её почти силой, стараясь не смотреть ни на меня, ни на Каина. — Я не позволю превращать конклав в позорный суд над Элмором. Если это ваш «мир», то нам здесь делать нечего.

Наэль, потерявшая цвет лица, встаёт не сразу, пальцы вцепляются в подлокотник, но под напором брата поднимается, чуть покачнувшись. Оба разворачиваются к краю круга — слишком близко к опасному обрыву, ветер подхватывает полы их чёрных тойрис.