Книга Ледяное сердце эриды, страница 129 – Цитианка

Каин не торопится отвечать. Он чуть склоняет голову, смотрит прямо на Майрису, будто взвешивает не только слова, но и цену, которую ему придётся заплатить за свой выбор.

— Я слушал вас, королева, — произноси он наконец. — Слышал и угрозу, и вашу «справедливость». Я не стану оправдываться за решения, которые приняли те, кто правил до нас. Мой дом не отбирал ваши земли — мы восстановили Кайор из пепла, когда ваш народ покинул его, когда ваши династии продавали поля за право выжить. Если бы вы пришли сюда просить поддержки, я бы рассматривал любой договор. Если бы речь шла о помощи — мы бы договорились. Но вы пришли требовать, прикрываясь нуждой, а за спиной у вас армия. Вы не предлагаете мира — вы торгуетесь угрозой войны.

Он ставит ладони на стол, подаётся вперёд.

— Веларрон не отдаст Кайор. Ни при жизни моей, ни после. Я не дам ни одному правителю в Альверонде повод думать, что можно прийти с требованием и забрать то, что наш дом поднял своим трудом.

Ветер с усилием прорывается между стульями, плащи колышутся на плечах, кто-то инстинктивно прижимает рукав к шее. Гроза не утихает — молния высвечивает мраморный круг стола, и Каин словно становится частью этого сурового пейзажа.

— Хотите мира — договаривайтесь. Хотите союза — предлагайте цену. Хотите войны — знайте, что вам придётся встретить не только Веларрон, но и тех, кто не готов плясать под ваш ультиматум. Решайте, королева. Только имейте в виду: если вы перейдете эту грань — назад пути уже не будет.

В этот момент Каин становится для меня совершенно другим — не просто принцем, не просто наследником. Он держится так, будто за его спиной не обрыв в чёрное озеро, не ветреная ночь, где молнии ломают небо, а целый Веларрон — дом, земля, люди, их труд и память.

— И что немаловажно, — вмешивается наконец Теоден, который всё это время сидел чуть в тени, наблюдая за кругом. — Терион не только дестабилизирует наши границы, но и допустил поджог корабля принцессы Наэль у наших берегов. А это уже не внутренний спор, а прямая угроза третьему государству на нашей земле.

Тишина падает тяжелее прежнего. Я ощущаю, как по кругу проходится острая волна тревоги, но у Наэль — совсем другой оттенок: она резко напрягается, внутри поднимается панический всплеск, в котором больше страха, чем негодования. Она не ожидала, что разговор пойдёт в эту сторону, и пытается взять себя в руки, но не выходит — страх вырывается наружу, хоть и незаметен для остальных.

— Корабль принцессы? — переспрашивает Майриса, в её голосе удивление и настоящий интерес, — И вы считаете, что это дело рук Териона? На ваших берегах? Это серьезное обвинение, особенно на круге.

Я не отвожу взгляда от Наэль — чувствую, как в ней что-то сжимается сильнее, чем у всех остальных. Волнение её почти захлёстывает, эмоция бьёт в грудь, как волна. Здесь что-то не так, её страх слишком личный, слишком близко к самому происшествию.

Подаю Каину короткий знак. Осторожно касаюсь его руки, чтобы дать понять: на этой теме надо задержаться. Принцесса, что-то скрывает.

— Кому, как не Териону, выгодно поджечь корабль принцессы на нашей пристани? — продолжает Теоден, — Вы ведь знали, что между Веларроном и Элмором должен был заключиться союз в войне против вас. Стоило бы сорвать переговоры, и мы бы оказались одни. Не потому ли вы решили подставить Веларрон, чтобы принцесса Наэль отказалась от соглашения? Выгодно разрушить их доверие к нам?