Книга Когда рушатся миры. Проект "Голубой Марбл", страница 21 – Наталья Томасе

БуБу поднял руку:

— Если вы не против, можно сделать верхнюю губу равной нижней. Мне так собирать удобнее.

Нерина вспыхнула:

— Нет, Физия не права! По губам можно многое сказать о характере, привычках, щедрости мужчины.

БуБу театрально закатил глаза.

Сат тихо усмехнулся — едва заметно, но с оттенком превосходства.

Дай-Чин вытянул шею, пытаясь заглянуть Нерине в глаза.

Бари улыбнулся:

— И что ты предлагаешь?

Нерина вдохновенно начала:

— Большой рот — это рот завоевателя. Маленький — переборчивость. Поджатые губы — скупость. Тонкие, плотно сжатые — мужественность. Есть ещё приоткрытые, пухлые, маленькие…

Пока она говорила, Сат сидел и корчил рожи, демонстрируя все перечисленные варианты.

Лилис зажала рот ладонью, чтобы не рассмеяться.

Бари заметил, как в её глазах пляшут смешинки.

Дай-Чин вмешался:

— Если следовать этому женскому лепету с точки зрения живучести, рот должен быть большим, а губы — узкими и плотно сжатыми.

БуБу поднял палец:

— И верхняя губа равна нижней. Мне так собирать удобнее.

Нерина не сдавалась:

— Ну сделайте ему хотя бы отчётливый «лук» над верхней губой. Он будет таким душкой!

Бари посмотрел на БуБу:

— БуБу?

Техник махнул рукой — мол, делайте что хотите.

— Ну раз Нерина изъявила свои пожелания, я тоже хочу высказать свои, — сказала Лилис.

Все взгляды устремились на неё.

— Я хочу, чтобы в нём сочетались белокурые волосы и коньячные глаза.

Лексерман, теребя свой крючковатый нос, бросил взгляд на светловолосого Бари и темноглазого Сата.

Его губы растянулись в хитрой, понимающей улыбке.

Алекса «залила» цветом коньяка глаза обитателя и задумалась:

— Светло-русый или пепельный блонд?

Сат, не поднимая головы, спокойно предложил:

— Цвет спелой пшеницы. Всё равно выгорят на Соле.

Алекса закончила портрет и повернула доску к лаборантам.

Сат прищурился, оценивая:

— Вызывает двоякое чувство. Взгляд — наивный, будто от него не ждёшь агрессии. А рот… акулий. Сразу кажется, что сожрёт, если что-то не по нраву.

БуБу кивнул:

— Мне нравится. Плавный переход от лба к подбородку, небольшой нос — не надо лишнего материала. Достаточно будет соскрести с подбородка и глазных впадин. Я — за.

— Он просто прелесть, — вздохнула Нерина.

— Мне его внешность не важна, — заметил Лексерман. — Главное, чтобы он не нарушал законы природы и Вселенной.

— А мне важнее тело, чем рожа, — добавил Дай-Чин.

Бари перевёл взгляд на Лилис:

— Лилис?

Она слегка пожала плечами:

— Если честно, мне тоже не важно его лицо. Но… — она театрально вздохнула, — сочетание блонда с тёмным коньяком меня опьяняет.

Комната взорвалась смехом.

Бари, с лёгкой ревностью в голосе, напомнил ей о трезвой голове во время работы — и смех стал ещё громче.

— Ладно, хватит скалиться, — добродушно остановил их Бари. — Вопрос второй: из чего создаём обитателя? Если он по подобию нас, то должен напоминать микрокосм Вселенной. Земля, вода, воздух и огонь.

БуБу сразу подал голос:

— Кости лучше делать из камня. Меньше переломов.

— А мысли — из облака, — мечтательно добавила Нерина.

Сат тихо усмехнулся:

— Чтобы он вечно витал в облаках и не мыслил, как Избранный? Мне нравится эта идея.

Лилис подняла руку:

— Глаза должны блестеть. Восторженно — когда всё получается. Нездорово — когда плохо. Влажно — когда плачет. Ярко, озорно, радостно… не важно как, главное — блеск. И этот блеск надо позаимствовать у Сола.