Книга Попала! Ошибка истинного, страница 57 – Мария Минц

— Хватит! – вдруг прервал мои мысли Иштван. Я вздрогнула и увидела, что “узел” наконец-то наполнился полностью, без единого пустого места.

— Ударяем по нему, – скомандовал Алдериан, – представь, что тебе нужно запустить его в цель. И цель эта – Гонож. Нам надо ударить вместе.

— Вперёд! – решительно улыбнулась я. Губы дрожали. Со стороны улыбка показалась бы, наверное, слабой и вымученной, но я вложила в неё всё своё воодушевление.

И тут же над нами засвистели ветви Гоножа, яростно пытающиеся проткнуть нас. Просто так сдаваться он не собирался!

— Вперёд! – выдохнули мы синхронно, и изо всех сил, крепко держа друг друга за руки, ударили по “узлу”.

Тот вздрогнул и остался на месте, подарив мне пару седых волос. Неужели мы ударили недостаточно сильно?!

Но нет. “Узел” вздрогнул ещё раз и вдруг резко рванул вперёд, с размаху врезавшись в Гоножа.

От затраченных усилий в глазах потемнело. Я покачнулась, но Иштван вовремя поддержал меня, прижимая к себе и не давая осесть на пол.

— Держись, Василиса. Ещё ничего не закончилось, – шепнул он мне на ухо.

Не. Закончилось.

Я сглотнула. Получилось это с большим трудом: горло пересохло, а язык, казалось, стал чужим, с огромной неохотой ворочаясь во рту.

У меня было ощущение, что я бегу многокилометровый марафон. Впереди уже маячит финальная линия, но ноги уже не слушаются, а тело отказывается делать любые, даже малейшие движения.

Кажется, что я сейчас не способна даже банально моргнуть…

Но Иштван держит меня крепко. Кажется, он даже что-то шепчет мне на ухо. Я не понимаю, что именно, но один только звук его голоса придаёт мне сил.

А в кармане штанов я вдруг ощутила какую-то тяжесть. Она почему-то была округлой, маленькой и плоской. Словно несколько монет соединили воедино и обмотали плотной плёнкой.

Стоп. Да это же медальон! Да, это мамин медальон. Как он тут оказался? Не помню… Последнее, что помню – как нашла его и лежала в хижине, прижимая его к груди. А потом всё завертелось… Наверное, машинально сунула его в карман.

Но одно только осознание того, что он со мной, тоже придало сил. Я вдруг ощутила мягкое тепло со всех сторон, словно мама тоже была тут, и они с Иштваном обнимали меня…

Да с такой поддержкой мне тем более ничего не страшно!

Я откашлялась. Вдруг почувствовала, что могу глубоко вздохнуть. Словно железные тиски, сдавившие грудь, лопаются один за другим и размыкаются, отпуская меня на свободу.

А ещё разглядела, что нас окружает туман. Да не какой-нибудь, а густой и плотный, с ярко-зелёными всполохами. Он колышется, и сквозь него видно несуразную длинную тощую фигуру с руками-ветками и уродливой короной на голове…

Гонож!

— Мы что, не попали? – тихо спросила я. Иштван бросил на меня короткий взгляд, и я едва не умерла на месте от внезапного прилива любви. Коленки задрожали, но я заставила себя стоять твёрдо.

— Попали, – спокойно ответил он, – но не теряй бдительности. Остался последний удар.

Словно отвечая ему, туман содрогнулся от низкого дикого рёва. В нём было столько ненависти, что кожу опалило жаром, как от печки. Иштван молча вышел вперёд, заслонив меня собой. Стало полегче, и я обессиленно уткнулась носом в его широкую спину.

Рук мы не разжали.

Придя в себя, выглянула из-за его спины. Гонож неумолимо надвигался, вот только раскачиваться он стал всё сильнее и сильнее.