Книга Кавказ. Брак (не) по любви, страница 18 – Ирэна Солар, Ирина Ярова

Он вновь рассмеялся и впился в мои губы страстным поцелуем.

— Это называется страстью, моя маленькая дикарка. Ты хочешь меня, а я хочу тебя.

— А это пройдет? — прошептала я, не в силах поверить в то, что происходит со мной.

— Да, моя прекрасная пленница, но сначала я вознесу тебя до небес! — пообещал он, хитро посмеиваясь. — Аллах мне свидетель.

С этими словами он навалился сверху, тяжело дыша. Закинув мои ноги себе на бедра, он медленно вошел в меня, и из моей груди вырвался сдавленный вдох, полный изумления и трепетного ожидания.

— Больно? — спросил он, нахмурив брови. В его глазах я увидела искреннее беспокойство.

Я потрясенно покачала головой.

— Не бойся, ты готова. В прошлый раз я был груб, я знаю. Сейчас я буду нежнее. Постараюсь, по крайней мере. Поверь, мне тоже не просто сдерживать свои желания, когда ты так близко.

По его загорелому телу, покрытому легкой испариной, было видно, как он едва сдерживается. Он сделал еще один толчок, и из моей груди вырвался тихий стон. Затем он медленно начала двигаться во мне, наблюдая за мной из-под густых ресниц. Мне стало так хорошо, что через несколько долгих минут я почувствовала, как улетаю в небеса, теряя связь с реальностью. Джафар, больше не в силах сдерживаться, ускорил темп, двигаясь грубо и властно. К моему удивлению, мне не было больно. Мне было хорошо, невероятно хорошо от того, что он делал со мной.

Наконец, с хриплым стоном, он излился в меня, обмякая всем телом и прижимая к кровати, не давая пошевелиться.

— Ты проиграла! — нагло заявил он, глядя мне прямо в глаза.

А я лежала под ним, обессиленная и смущенная, не зная, что ответить. Еще несколько часов назад я и представить себе не могла, что с ним мне будет так хорошо. Что его прикосновения способны обрушить на меня целый ураган чувств, о существовании которых я даже не подозревала. Я проиграла в этой войне, но почему-то это поражение не казалось мне таким уж и страшным. Наоборот, в глубине души я чувствовала странное, необъяснимое облегчение. А еще затеплилась слабая надежда. А может всё-таки у нас есть шанс? Возможно мы все же станем одной семьей?

Этой ночью мне снились грезы, сладкие и дурманящие. Я и Джафар, мы были вдвоем, потерянные в раю, где горячий песок обжигал ступни, а пальмы шелестели под порывами соленого ветра. Бушующий океан, словно ревнивый свидетель, накатывал волнами, а солнце, щедрое и ласковое, согревало нас своим нежным теплом. Я помню его взгляд — глубокий, завораживающий, полный обещаний. Мы держались за руки, и этот простой жест казался клятвой, печатью нашей незримой связи.

Но утро разорвало эту идиллию в клочья. Пронзительный звук громких выстрелов ворвался в сон, как осколок стекла. Я подскочила на кровати, сердце бешено колотилось в груди, словно испуганная птица. Холод. Пугающий холод пустого места рядом. Джафара не было. Тревога, ледяной змеей, обвилась вокруг моего сердца. Наспех накинув одежду, я бросилась на его поиски, обуреваемая страхом и неизвестностью.

На первом этаже, словно призрак, возникла передо мной служанка, преграждая путь. В ее глазах плескалась тревога, голос дрожал.

— Госпожа, хозяин велел вас не выпускать. Это приказ!

— Что случилось? — раздражение и страх сплелись в тугой клубок. С каждым выстрелом, доносящимся с улицы, моя тревога нарастала. — Почему я слышу стрельбу? Что происходит?