Книга Мнимая власть безумия, страница 24 – Марина Болдова

— Может быть, она гуляла с Вероникой? – предположила Кира Владимировна, однако предчувствуя беду.

— Нет, Нику привел, как всегда, Сема. Ответственный товарищ, сдает с рук на руки… ну, бери трубу… Мотя, проснулись? Позавтракали… Ладно… Скажи бабушке, дружочек, Соланж вчера была с тобой? Да, что ты говоришь… а ты поверил, включил эго и бросил девчонку одну? Хороший мальчик… – с сарказмом произнесла Елена. – Да, случилось! Дома поговорим! – рявкнула в трубку она, отложила телефон и виновато посмотрела на Киру Владимировну.

— Что?!

— Поссорились. Твоя внучка не захотела в клуб, отказала при друзьях, в общем, этот недоумок развернулся и ушел с ними. Это было в восемь вечера.

— Что она ему сказала?

— Что он ей надоел. Зря, конечно, при ребятах… я не оправдываю Матвея, нет. Но Соланж ему нравится, правда. По-моему, он даже влюблен. Парню двадцать два, а по сути – это его первые серьезные отношения.

— Не оправдывай его!

— Я и не оправдываю!

— Вот и не…

Кира Владимировна замолчала. Вот так они и поссорились с Еленой Борской в день свадьбы Юли. Накануне Полина уехала в аэропорт, взяв с нее обещание, что ни подруга, ни ее мать об ее отъезде не узнают до утра. И Кира Владимировна молчала. Утром, позвонив Елене, она попыталась объясниться и оправдать поступок Полины, но разговор получился почти слово в слово как сейчас. Елена бросила трубку со словами: «Ладно, не до тебя мне, Шемякина, радуйся!» То, что подруга назвала ее девичью фамилию, говорило о том, что обиделась та серьезно. Кира Владимировна даже не хотела идти на банкет, но испугалась, что тогда уж точно они с Леной рассорятся окончательно. Она ушла из ресторана раньше всех, но тому была другая причина, не их ссора. Утром Кира позвонила Борской, но та вызов сбросила. А потом желание сохранить мир у Киры Владимировны пропало. Тем более что на свадьбе Юли она познакомилась со своим будущим мужем…

— Кира, остынь. Виноват Матвей. Точка. Сейчас самое главное, расспросить Соланж, не случилось ли с ней чего похуже, чем просто пьянка.

— Ты о чем? – испугалась Кира Владимировна.

— Да ни о чем, Кира! Включи мозги! Где девочка ночь провела? С кем? Может быть, нужно к врачу ее отвезти? На освидетельствование? Эй, Кира… да что ж ты хилая такая, господи! Что, сердце? Где пилюли держишь? Или «скорую»?

Кира Владимировна отрицательно покачала головой и сама достала из кармана домашнего платья таблетки.

«Будете принимать утром и вечером. Не прерываясь ни на один день. Так что держите коробочку при себе. Даже, простите, когда идете в туалет», – выписывая, напутствовал ее хирург кардиоклиники.

Полина вопросительно посмотрела на подругу, застывшую в неподвижной позе с зажатым в руке мобильным. Она поняла, что звонил Александр, и удивилась, как Юля вдруг изменилась в лице: щеки, резко ставшие почти белыми, после покрылись красными пятнами.

— Все ему знать надо, – неожиданно зло прокомментировала Юля короткий разговор с мужем.

— Может быть, по делу спрашивал? – осторожно заметила Полина.

— По делу! Только при чем здесь я? Ему, видите ли, непонятно, что его жена ночью обсуждала с администратором!

— И что тебя так взволновало? Ты же объяснила, что хотела номер снять до утра.

— Да. Но все равно чувствую себя преступницей. Казаринов способен обвинить в убийстве твоего мужа меня!