Книга Мнимая власть безумия, страница 18 – Марина Болдова

Александр гордился своим здоровым телом и духом, благодарил за это родителей – столичных хирургов и тетку Раису – доктора из сибирской таежной глубинки. Пожалуй, ее даже больше – профессиональный цинизм и любовь к людям в ней сочетались идеально, врачевала она «от бога», не брезгуя лечением подножными травами и танцами местных шаманов.

Саша однажды попытался посмеяться над ней, мол, зачем медицинский оканчивала, лучше б на бубне научилась играть, как эти шарлатаны.

— Пусть пляшут и воют, лишь бы сработало для больного как плацебо. А я в это время ему медикаментозно помогу. Вот так, общими усилиями, и вернем к жизни, – не обижалась она, глядя на него серьезно. – Саня, запомни – чтобы вытащить человека с полдороги на тот свет, любые методы хороши. Хоть человеческие, хоть ведьминские. Когда нужно, молитву прочту, а иногда только заговоренные травки помогают. И не смейся, все это – вековой опыт. Глупо не пользоваться.

Саша многому у нее научился, когда проводил каникулы в ее избе-пятистенке в таежном поселке Радужное. И самую мудрую мысль тетушка ему буквально внушила: к людям нужно относиться с любовью.

— Человек – самое совершенное Божье создание, венец Творения. Только представь, сколько Господь в него вложил, какими наделил способностями. И главная из них – любовь. Чтобы помочь больному, нужно его полюбить. В широком смысле слова. Иначе твоя помощь получится временной или даже напрасной. Да и не только к профессии врача это относится, запомни! Кем бы ты ни стал в будущем, – повторяла она ему.

Саша знал, что та с одинаковым рвением врачует и главу поселковой администрации, и деревенского дурачка Василия. Пожалуй, тетушкиной любви последнему доставалось даже больше…

Он не врач, но работает с людьми. Преступника, как ни старайся, полюбить не получается. Но к тем, кто потерял близких, Саша старался относиться если не с любовью, так с пониманием.

А Полину, Казаринов был уверен, он полюбил. И у его любви к ней не какой-то там широкий смысл, а вполне конкретный.

«Разведусь с женой, не я первый. Тетя Рая сейчас меня не осудила бы: в ее понятии семья – это любовь мужчины и женщины. А уж потом – дом, дети, деньги. Разлюбил – прощайся. А я и не любил Юлю никогда, за что был осужден тетушкой – она даже на свадьбу не прилетела! И домой не тянет с первых дней после свадьбы, как она и предсказала. Потому что и свадьба случилась под напором Юли. Нет, это я виноват – поддался шантажу ее отца», – подумал Саша.

А переспал-то он с ней один раз! Откуда он мог знать, что эта активная в постели девица – школьница? В бар несовершеннолетних не пускают, так он наивно полагал. Оказалось, в барах этих школьниц – каждая вторая! Он и забыл бы об этой ночи, но напомнил Борский.

«Женись на моей дочери – или сядешь за развратные действия с несовершеннолетней!» – пригрозил тот. И так все быстро закрутилось…

Казаринов в который раз погрузился в навязчивые воспоминания, хотя должен был бы думать о нераскрытом убийстве иностранного гражданина Филиппа Лафара.

Он сидел за столом в своем кабинете. Для обеденного времени за дверью было необычно тихо, только изредка стучали по паркетному полу женские каблучки. Но Казаринов так и не смог сосредоточиться на деле, все чаще замечая, что думает только о Полине.