Книга Серебряный капкан для черного ангела, страница 44 – Марина Болдова

— Смотрите, шесть тридцать – Рита Юрьевна Гроссман, соседка Крушилиных из пятой, вышла в спортивном костюме. На пробежку, как известно, но Крушилин, со слов его жены, в это время был дома, они ругались. Рита Юрьевна подтвердила, что слышала обоих. Значит, Крушилин вернулся не через парадное.

— Антон, ты откуда приехал на юг? – удивился Федор: ишь, ты… парадное!

— Из Питера. После окончания Санкт-Петербургского университета МВД. Семь лет назад. А что?

— Давай смотреть не парадное, переключай! – улыбнулся ему Федор: нравился ему этот серьезный парень.

— Крушилин вернулся в шесть двадцать три через калитку, отомкнув замок ключом! Запер замок, ключ спрятал в карман.

— Выходит, был еще один ключ? Ни Егоров, ни Лыков об этом ни слова.

— Кто из оперов сейчас в окрестных мусорках роется?

— Точилин.

— Набери, пусть подойдет к Егорову, напомнит о даче ложных показаний и еще раз спросит о ключах.

— Понял. – Антон вышел из кабинета.

Поговорить с Лыковым Мутерперель решил сам. Но набранный им номер не отвечал. «Отсыпается после смены», – решил Федор.

— Ствол нашли, товарищ майор. В урне возле салона красоты.

— Где этот салон? Камера на входе есть?

— В следующем квартале. Камер нет. Поеду опрошу работников? – Антон взял из пачки распечатанную с видео фотографию подозреваемого.

— Давай, Антон. Телефон Лыкова не отвечает, съезди потом на адрес. Раздольная, восемь, – заглянул он в показания охранника, – тут недалеко. А я пока дальше кино посмотрю.

…Крушилин, слегка пошатываясь, шел по дорожке от калитки к дому. И вскоре пропал из зоны видимости камеры… «От кого прятался, если знал о камерах? Только от жены – их окна все на стороне главного входа. Надеялся, видно, что Берта спит, а он незаметно вернется в квартиру. Обломилось мужику… До «парадного» он не дошел, ворота в подземный паркинг не открывал. В дом мог попасть только через боковую дверь парковки, которую не видно ни от поста охраны, ни через камеры. Значит, у него были ключи. А на кой ему такая конспирация? Или запасные ключики он сделал для кого-то еще? Как вариант – для своей любовницы Ксении Голод», – пришел к выводу Федор.

Аглая вопросительно смотрела на Берту и молчала. Берта, так же не произнеся ни слова, отдала ей мобильный.

— Он согласился прийти на ужин? – не выдержала Аглая.

— Да. А нам с тобой нужно договориться, когда спросим его о дырке в заборе. До того, как перейдем к чаю, или во время чаепития? Или не спросим вообще.

— Можно без вопросов. Просто рассказать о находке и посмотреть, как отреагирует.

— Да никак, мам! Уверена, даже если это его родственники там копались, ни за что не признается. Ты и не заметишь, как Мутерперель сам начнет допрос, а ты выложишь все подробности. А потом он скажет спасибо за ужин и уйдет к себе.

— Так зачем же ты его пригласила, дочь? Я думала, выведем на чистую воду…

— Или насторожим. Ну, не подумала я сразу о таком варианте. А он сегодня ночью нас прирежет, чтобы не сболтнули еще кому, – мрачно предрекла Берта.

— Он же полицейский, а не преступник!

— Не факт. Короче, пока молчим. Просто по-соседски общаемся, ну, еще я поинтересуюсь ходом следствия. Конечно, он вряд ли расскажет подробности, но хотя бы что-то узнаем. Представляешь, а мне Олега не жаль…