Книга Третий круг рая, страница 59 – Марина Болдова

— Он так и не вернулся?

— Нет. Тамаш пропал, а вместе с ним и золото. Только вечером приехал участковый и сообщил, что нашли его мертвым в машине.

— А золото? Баро ограбили? Ты рассказала об этом полиции?

— Нет. – Люба бросила быстрый взгляд на Сотника.

— А почему мне-то вчера ничего не рассказали? – упрекнул тот, осуждающе покачав головой.

— Что прошлое ворошить-то? Пропало и пропало, откупились от смерти, бог только баро забрал, остальные все живы. Может, кому это золото впрок пошло. Или наоборот.

— Странная философия, – заметил Сотник. – Как вы перед своими-то оправдывались?

— Я не сразу рассказала о пропаже тем, кто остался, а через два дня. Рассказала и о Шандоре. Соседи наши, отец и сын Петковы, отправились к нему в дачный поселок. Мы подумали, что Тамаша могли убить уже после того, как он отвез ему мешок.

— Машину нашли недалеко от дороги в лесу, но в какую сторону она двигалась по дороге, из дела непонятно, – вновь перебил Сотник.

— Мы не знали, какой дом ваш. Почти все были заколочены, а у крыльца одного Миро обнаружил кровь. Когда залезли внутрь, поняли, что в нем и жил Шандор.

— Как это? По каким таким признакам? – не удержался Сотник.

— Искали портреты рыжей кудрявой девочки, – улыбнулась Люба. – Я им рассказала, как выглядит дочь Шандора.

— Да, один альбом в спальне остался после переезда в город.

— Вот, смотри. – Люба встала и отошла к буфету. Вернулась, держа в руке фотографию в рамочке. – Но не в альбоме она была, у кровати на тумбочке стояла. Для меня захватили.

На фото мне было лет пять. Я поняла, где сделали снимок: у дома Громова. За моей спиной виднелись противоположный берег озера и густой лес. В руках я держала книгу и детскую панамку. Но правая нога была без сандалика. Я вспомнила, что у него оторвалась подошва, причем случилось это возле дома Громова. Он приклеил подошву, положил сандалик сушиться на крыльцо и взял в руки фотоаппарат… Я совсем забыла об этом снимке.

— А золото Петковы нашли? Никакого мешка в машине баро не было обнаружено, я смотрел материалы дела, – нетерпеливо вмешался Сотник.

— Ничего они не нашли, весь дом обыскали. И хозяин так и не появился. А позже узнали, что Шандор покончил жизнь самоубийством. Только я всегда знала, что не мог он сам! Убили его, наверное. Как и Тамаша…

— Все же преждевременно… – начал было Сотник, но под моим взглядом тут же замолчал.

— Вы, Сотник, не стали тогда осматривать дом! А не то бы натолкнулись на следы пребывания непрошеных гостей! – не удержалась от упрека я. – Вот вам и мотив убийства – пропавшее золото! Кто-то выследил Тамаша… Кто-то из цыган? Могли увидеть, как он уезжает!

— Как теперь узнаешь? Тот, кто ограбил Тамаша, сюда не вернулся. – Люба внимательно посмотрела на меня.

Я закрыла глаза… И вновь тихая гладь озера, лодка, человек в плащ-палатке, напевающий романс.

— Скорее всего, убийца уплыл на лодке. Но я не «вижу», кто это. Голос мужской, на голове человека капюшон.

— Голос? Откуда вы… Он не один? С кем-то разговаривает? – Сотник смотрел на меня с интересом.

— Романс напевает!

— Какой… романс?! Что нам это дает? А лицо? Лица не видно?

— Романс старинный. Русский. «Не для меня придет весна…» Автор – офицер морской пехоты Молчанов, музыка Девитте, тысяча восемьсот тридцать восьмой год.