Книга Ягодный возраст, страница 184 – Виктория Вита

Распахнув дверь в ванную комнату, я от неожиданности чуть не завопила в ужасе: прямо на меня смотрело всклокоченное пугало с жутким выражением лица.

— Ничего себе, ну и страшило! – только и смогла я выдохнуть. – Интересно, кто додумался повесить зеркало прямо напротив входа?

— Ой, забыла вас об этом предупредить, – хохотнула Леночка. – Его давно собираются перевесить, да всё никак. Вы молодец, многие кричат от неожиданности.

— Смешно, – пробормотала я себе под нос, – очень смешно.

Лично мне очень хотелось закричать. Волосы торчали во все стороны, кожа на лице была жёлтая, с мерзким зеленоватым оттенком, и усыпана мелкими красными точками. Белок левого глаза стал кроваво-красным из-за лопнувшего кровеносного сосуда, пересохшие губы испещрены запёкшимися кровавыми трещинами.

— Ты рожала или выдержала несколько часов на боксёрском ринге с Тайсоном? – спросила я у своего отражения и ещё громче добавила: – Леночка, мне нужны тёмные очки. Это возможно на вашем отделении для VIP-персон?

— Да, их принесут через пятнадцать–двадцать минут, – ответила медсестра. – Увидев ваш глаз, мы так и подумали, что они вам понадобятся, хотя это кровоизлияние пройдёт само, через три–четыре дня…

Я оставила без комментариев её последние слова и включила воду.

Нельзя сказать, что после душа и неимоверных усилий с применением косметических средств, которые я догадалась захватить с собой, моя внешность кардинально изменилась, но лицо посвежело и в неповреждённом глазу появился здоровый блеск.

Жизнь прекрасна, у меня два сына, и я счастлива. Теперь можно отправляться с визитом к крёстной.

Когда я открыла дверь Иркиной палаты, она, удобно устроившись в кровати, «рисовала» себе лицо. Рядом с ней стояли две одинаковые маленькие кроватки, украшенные розовыми кружевами. Крёстная посмотрела на меня и от неожиданности выронила карандаш для глаз.

— Влада, что у тебя с лицом… и левым глазом? – ошарашенно спросила она.

— Тужилась в лицо, а надо было ниже, – залихватски ответила я.

— Слушай, четыре двести – это здорово, – затарахтела Ирка. – Мне медсёстры уже всё рассказали. Давай показывай своего принца, а сама посмотри на моих девчонок. Это ты меня втравила в эту авантюру, но знаешь, я счастлива, что послушала тебя и не прервала беременность… Но согласись, всё же две девчонки сразу – это перебор! – продолжала она, разглядывая моего сына. – Классный парень!

— Да, будем считать, что женихами твои девочки обеспечены.

— Если они возьмут наши характеры, то до их свадьбы, боюсь, мы не доживём, – с притворной тяжестью вздохнула крёстная. – Расскажи, как ты рожала.

— Об ужасах ни слова, – сразу пресекла я её «нездоровый» интерес. – Дай мне твою крем-пудру и телефон, если он, конечно, заряжен. Хочу узнать про Вадима: как бы все на радостях про него не забыли.

— Вадим, как всегда, лучше всех, и о нём забыть просто невозможно, – пророкотал огромный букет роз, с трудом протискиваясь в открывшуюся дверь. – Он как раз сегодня утром разрисовал фломастером экран плазменного телевизора.

— Здорово! – «возликовала» я, с радостью рассматривая ослепительно счастливые и немного опухшие от неумеренных возлияний лица Георгия и Александра.

— Влада, а тебе здесь круто досталось, – прокомментировал мою внешность Сашка.