Книга ПсихирЪ, страница 93 – Александр Беляев, Мария Тучина

— Владимир Игнатьевич, – Петя отложил согласованные вопросы.

— Да, Петр, – Антипов внимательно смотрел на Петю.

— Владимир Игнатьевич, я бы хотел отступить от сценария Гурьяновой, если вы не против.

— Я вижу, вы о чем-то конкретном хотите спросить. И вряд ли вопрос мне понравится.

«Проницательный, гад», – уважительно подумал Петя.

— Действительно, тема очень личная, деликатная…

— Ну если личная и вы хотите, чтобы я откровенно ответил… я попрошу вас, Петр, выключить диктофон, – Антипов посерьезнел.

Петя так и сделал.

— Владимир Игнатьевич, что произошло с вашим отцом 25 лет назад?

Антипов спокойно посмотрел в глаза Пете и коротко ответил:

— Он умер.

— Но что случилось, как это произошло?

Антипов тяжело вздохнул, поднялся из кресла и прошел к окну. Как будто собираясь с мыслями. Он обернулся к Пете, но смотрел куда-то в пространство. Такой взгляд, обращенный в прошлое, в далекое прошлое. Петя затаил дыхание.

— Мой отец был умным и предприимчивым человеком. Он разобрался, как работают законы бизнеса. И открыл золотую жилу в отдельно взятом маленьком городке, – Антипов медленно вздохнул. – Бандиты захотели забрать этот бизнес. Отец не согласился. И его убили.

Антипов говорил, не глядя на Петю, лаконично, спокойно, но Петя чувствовал напряжение, которое скрывалось за этим показным спокойствием.

— Что произошло потом?

— Я попал в СИЗО по подозрению в убийстве отца, –сухо продолжил Антипов. – Мать боялась за мою жизнь и свободу и передала все активы отца в руки тому, кому было велено.

— А что с вами случилось дальше?

— Меня выпустили из СИЗО на похороны отца. После чего я уехал из России.

Снова повисла пауза.

— И вы уехали в США?

— Верно. У меня была туристическая виза, уехал по ней.

— Как сложилась ваша жизнь в Штатах? – продолжил задавать вопросы Петя.

Антипов снова повернулся к окну. Легкие сумерки ложились на город. С высоты 40-го этажа предвечерняя Москва была чудо как хороша. Пауза затянулась, но Петя не торопил, чувствовал – нельзя торопить.

Антипов вернулся в кресло, как будто принял важное решение. Он нажал спикерфон и попросил помощницу принести кофе, не спрашивая Петю, хочет ли он. Когда перед обоими оказались чашки с ароматным напитком, Антипов внимательно посмотрел на Петю.

— Вы знаете, Петя, я все искал подходящего момента рассказать эту историю… Вряд ли будет более подходящий. Поэтому слушайте.

Когда я оказался в Сан-Франциско, я был мгновенно лишен иллюзий. Я почувствовал себя курицей с отрубленной головой. Тело еще живет, трепыхается, но назад пути нет. Деньги закончились в первую неделю. Английский я знал прилично, но этого было недостаточно, чтобы найти хорошую работу. Подрабатывал грузчиком, потом посудомойщиком в кафе на заправке. Платили мало, денег хватало на еду, ночевать я ходил в американские ночлежки. В какой-то очередной забегаловке я познакомился с парнем из России, работавшим там официантом. Он приехал в США на полгода раньше меня, уже успел худо-бедно освоиться и предложил разделить жилье. Он лучше знал английский, был старше на 5 лет, и у него была цель – заработать хорошие деньги и вернуться в Россию, где осталась семья. Он поссорился с женой и уехал, о чем жалел каждый день. Все, что зарабатывал, откладывал, на себя тратил минимум, только чтобы выжить. И каждую копейку берег для тех, кто, как он надеялся, примет его обратно.