Книга Жертва Весны, страница 90 – Надя Хедвиг

— Конечно, Екатерина. Будьте добры вашу руку.

Я выбрал в телефоне тягучую мелодию и неспешно повел женщину в танце. Она следовала, как робот, бездумно передвигая ноги и опускаясь на всю стопу, хотя я много раз говорил ей этого не делать.

— Как вы считаете, я не безнадежна? – Екатерина послушно сделала захлест, когда я развернул ее за талию.

— Разумеется, нет. У вас определенно есть способности.

Ладонь на моем плече вспотела – я чувствовал это даже сквозь жилетку. Надо поднимать цену… Но сперва дождаться, пока в студии напротив не останется клиентов.

Когда мелодия завершилась, я мягко улыбнулся своей партнерше.

— До следующего раза, Екатерина. У вас оплачено еще два занятия. Буду ждать вас в четверг!

Когда довольная Екатерина ушла, я выдохнул. Джек, наверное, уже заждался. И Нине надо написать… Точнее, придумать повод пригласить ее домой. Поцелуя будет достаточно для настоящей дружбы или Лестеру предоставить простыню с красными пятнами?

Я возился со стереосистемой, когда за спиной послышались шаги. В черном зеркале отражалась невысокая женщина с короткой стрижкой.

Наконец-то.

Юля стояла в центре зала, спокойная и расслабленная, в расстегнутом красном пальто, под которым виднелось обтягивающее черное платье. Она не изменилась за прошедшие годы: такая же стройная, строгая, статная. Летняя Дева. Живая страсть.

Она неспешно пошла ко мне – эхо каблуков отдалось в пустом зале, – и начала медленно стягивать с пальцев перчатки: сначала с левой руки, потом с правой. Подойдя почти вплотную, подняла на меня свои ясные, голубые, как небо, глаза. Тонкие стрелки делали их чуть раскосыми, золотистые тени придавали яркости. Аккуратно подведенные губы раскрылись, и Юля произнесла одно-единственное слово:

— Тёма.

В этом слове одновременно скрывались воспоминания, надежда и вопрос. Юля словно спрашивала, рассматривая меня, перебегая взглядом от лица к вырезу расстегнутой рубашки, сохранилась ли ее власть.

Мне захотелось ударить по этому лощеному, тонко прорисованному лицу.

— Ты подаришь мне танец? – тихий грудной голос скользнул под рукава, прочертил ровную линию на груди и остановился аккурат напротив сердца.

Я вдруг отчетливо понял, что сегодня задушу ее. Четыре года назад я собирался убить не ту Деву. Вот же она – та, с кого все началось.

И кем закончится.

— Конечно, – негромко ответил я. – Позволь твое пальто.

Так же неспешно, как до того перчатки, Юля сняла пальто – я поймал его отточенным движением, положил на широкий подоконник и нашел в телефоне давно сохраненную мелодию. Она начиналась мимолетными поглаживаниями струн, продолжалась протяжно-тоскливым плачем виолончели, раскрывалась, наслаивалась, выворачивалась наизнанку и вдруг на самой высокой ноте резко обрывалась. Услышав ее впервые, я понял: однажды я буду танцевать под нее с Юлей.

Я протянул ей руку.

Тёма, 17 лет

Впервые я увидел ее на соревнованиях юниоров. Юля была невозмутимая, внимательная и совершенно равнодушная – и чем-то напоминала мне маму. С партнершей мы тогда заняли второе место. Партнерша была довольна, а я переживал настоящую трагедию, так как знал: на танцполе не было никого сильнее нашей пары. Я прекрасно видел, как двигаются те, кто занял первое место. Кого она поставила на первое место.