Книга Восхождение рейнджера, страница 46 – Филип К. Квантрелл

— То есть держаться за них в полете? – поправила Лайра. – Нельзя летать на драконах.

Она, конечно же, была права. Избранным эльфам, называвшим себя драгорнами, позволено было жить среди благороднейших созданий из-за их способности общаться с ними, о чем другие могли только мечтать. Однако честь жить с драконами и способность говорить с ними меркли рядом с возможностью парить над горами Верды, презирая волю богов, привязавших всех разумных существ к земле.

— И вот во что люди превратили некогда славное имя. – Лайра скривилась, разглядывая человеческую «архитектуру». – Но кто знает, вдруг мы еще увидим возвращение былого величия?

Галанор подумал о том, сколько звезд должно было сойтись, чтобы это будущее свершилось. Самый большой город Верды – стерт с лица земли, его жители – изгнаны огнем и мечом. Если подумать, он уже закладывает основу для исполнения их плана. Это он приведет человечество к началу падения… С тех пор как они покинули Айду, эта мысль не давала ему покоя.

Он не стал отвечать на вопрос Лайры, вернувшись к первоначальной цели их миссии.

— Человек Тригорнов уже внутри.

Если люди должны пасть, чтобы эльфы вернули былое величие, значит, так тому и быть.

— Нужно было просто похитить женщин и детей. Мы сильно рискуем, привлекая людей, Галанор. Надеюсь, это стоит того, денег у нас осталось мало. – Лайра по-кошачьи уселась на самом краю крыши.

— Оставь эти тревоги мне. Самое важное – добраться до Корканата.

Встреча эта и правда дорого им обошлась. А неудача встанет еще дороже.

— Твои тревоги – мои тревоги.

Пусть их связь была исключительно телесной, Галанор знал, что у Лайры свои мотивы. Она безуспешно пыталась доказать, что подходит ему лучше, чем его нареченная. Семья Галанора была в числе благороднейших родов Айды, попасть в нее значило серьезно возвыситься. Увы, его отец имел такие же мотивы, обручив его с Рейной Севари, дочерью правителя. Породнившись с королевской семьей, Ревири навсегда упрочили бы свое положение.

План этот начал претворяться в жизнь годы назад, и Галанор бессилен был что-либо изменить. Он всего лишь орудие для удовлетворения отцовских амбиций и пешка в игре своего господина против Иллиана. Не больше.

— Будь готова ко всему, – предупредил он и бесшумно спрыгнул с крыши в переулок – четыреста лет среди гигантских деревьев Амары не прошли даром.

Не успел он подойти к «Наковальне», как мимо прошелестел лохмотьями перепачканный грязью Айлас.

— Еще трое внутри, – прошептал он, не глядя.

Галанор видел, как вместе с людьми Тригорнов вошли двое. Значит, тоже загодя послали своего человека.

Таверна встретила его криками и хохотом: на всех трех этажах пировали ночь напролет. Эльф легко лавировал среди пьяниц, не забывая наблюдать за обстановкой: вот на втором этаже двое дерутся за шлюху, и всем вокруг плевать, вот четверо воришек шастают по залу, без труда обчищая карманы…

Адамар сидел у стены, возле отгороженного закутка, занятого человеком Тригорнов. На коленях у Адамара устроилась женщина, хохочущая над каждой его шуткой. Галанор подавил желание выругаться вслух. Оставалось надеяться, что он не настолько пьян, чтобы все проморгать.

Рядом, за разными столиками, устроились двое телохранителей, третий сидел с краю барной стойки, возле двери. Одного взгляда достаточно было, чтобы понять, кто они, – скрытностью люди не отличались. Иначе, возможно, мылись бы хоть иногда.